Моя истерика

Нужно всё расставить по местам,

Чтоб не сорвалась с крыш мечта.

В жизни Оли наладились волнующие сферы: творчество и отношения. Что ещё для счастья нужно? Осталось только почаще видеться с Кириллом и наслаждаться моментами, проведёнными вместе.

На следующий день ребята договорились о встрече. Оля с нетерпением ждала вечера, чтобы увидеть парня. Устав от скуки, она позвонила ему днём, чтобы поболтать, но он не ответил. Позже написал, что снова помогал маме, устал и плохо себя чувствует, но вечером всё равно приедет.

Оля гипнотизировала стрелки часов на протяжении дня, и вечер наконец настал. Кирилл не приехал и даже не предупредил.

Тем же вечером ему позвонила подруга, которая недавно вернулась с моря.

– Кись, выхожу, – сказал Кирилл, сымитировав счастливый голос. – Угу, и я тебя.

Он видел, как ему дважды звонила Оля, но не стал брать трубку, пообещав себе: «Потом ей всё объясню».

В первый день без Кирилла Оля не обратила внимания на необоснованный игнор и утешала себя мыслями: «Мало ли какие у него дела… Может, спит сейчас.

Один день в неведении затянулся и перерос в долгую неделю. Кирилл молчал. Оля придумывала причины и оправдания, но легче не становилось. «Конечно, я ему нужна. У него проблемы. Когда сможет, он обязательно мне позвонит…», – занималась она самовнушением.

В это время у Кирилла сердце разрывалось на куски при виде пропущенных звонков от любимой девушки.

Кирилл не знал, как поступить и что ответить. Боялся, что не сможет подобрать нужные слова. Боялся сказать правду и разочаровать девушку, тем самым загнав себя в безвыходную ситуацию. Он хотел, чтобы Оля забыла его, а вместо этого причинил боль обоим.

Оля тяжело переживала разлуку, друзья поддерживали девушку, как могли. Вечером ей было весело, но стоило прийти домой, как опять становилось грустно.

«Почему он так со мной? Разве я заслужила? Если он хотел сделать мне больно, у него получилось! Да, знаю, несколько месяцев назад я повела себя, как сволочь, бросила его… Но это не даёт ему права так поступать в ответ», – думала Оля, подчинившись эмоциям.

На следующий день она уже думала иначе: «Да где ты? Позвони, и я всё тебе прощу!».