Камера смысла

Нам всю жизнь внушают наши мечты.

– И массовая культура, кино, книги, журналы? Правильно я вас понимаю? – я старалась идти с ним в ногу, будто это могло помочь мне синхронизироваться с его рассуждениями.

– О, ну вас не зря называют четвертой властью, – он улыбнулся. – Я думаю, что мы попросту не слышим себя. Не признаем тех желаний, что заключены в нашем сердце.

Мы медленно продвигались по кладбищу в сторону последнего пристанища Оскара Уайльда.

– Возможно, вы правы. Я не думала об этом…

– У меня есть неплохая история на эту тему.

Если у вас есть время, могу поделиться. Но не под запись.

– Мое время сегодня полностью в вашем распоряжении, – ответила я и выключила диктофон.

– А у меня теперь вообще нет дефицита времени. Кажется, впервые в жизни… – Вальтер досадливо цокнул языком – на щегольские ботинки ручной работы налипла влажная листва вперемешку с крошкой от гравия. – Пойдемте обратно в старую часть. Здесь не убрано. Да и вообще, мне эти современные покойники как-то несимпатичны.

– Лет десять назад мы с Анной проводили небольшой эксперимент, – начал он свой рассказ. – У нас есть друг, очень классный психотерапевт, он практикует в Лондоне и стоит невообразимую кучу денег. Я всегда удивлялся, за что люди ему платят, а тут он приехал в Калифорнию, и мы пригласили его на ужин. Питер, так его зовут, весь вечер рассказывал о методе разрешения внутренних конфликтов через погружение человека в транс. Освобождение ментальной энергии, расщепление сознания и тому подобное.

Ну, вы понимаете, я не в теме, зато Анна страшно возбудилась. Хочу, говорит, гипноз попробовать. В общем, слово за слово, и мы с Питером договорились, что он заглянет к нам провести сеанс. Представьте, я и думать забыл об этом, а вот Анна – нет. Питер заявился к нам и устроил мне настоящий взрыв мозга.

Вальтер задумчиво мерял шагами дорожки.

– Хочу заметить, что с некоторых пор я не цепляюсь за свое мировоззрение, – произнес он. – То есть я готов признавать, что некоторые конструкции моего ума перестают быть актуальными со временем, ведь жизнь идет, всё изменяется… Вот они бы подтвердили, – он кивнул в сторону меланхоличных усыпальниц.

 – Главное, не пропустить тот момент, когда ты тщетно пытаешься идти вперед, при этом продолжая руководствоваться устаревшими взглядами.

– То есть вы не стоите на своем?

– Зависит от предмета дискуссии. Вот как с Питером например… Признаюсь, я был настроен скептически и потерпел разгром.