Камера смысла

Вот Анна в длинном пальто имбирного цвета стоит на берегу озера, ее глаза тоже цвета имбиря, а в руках – половина багета, и она кормит хлебом птиц. А вот Анна с маленьким Давидом, похожим на сноп радостного смеха, сидят в одинаковых растянутых футболках за столом и рисуют что-то в большом альбоме, вокруг разбросаны карандаши. Давид то отвлекается и хохочет, то внимательно выводит что-то синим, а она подняла голову и счастливо улыбается в лицо тому, кто за кадром. Платону. А вот – теплая калифорнийская зима: Платон и Анна в одинаковых плащах стоят на берегу залива.

Он обнимает ее, почти утопив в объятиях, и они смеются.

* * *

– Профессор, давайте поговорим о желаниях. Вы успешный ученый, многого достигли, вы всегда мечтали об этом?

Мы сидели с профессором Вальтером на лавочке в одной из боковых аллей кладбища Пер Лашез и кормили птиц. Я уже привыкла к его оригинальным и порой даже маргинальным идеям и к тому, что от случая к случаю мы встречались в самых неожиданных местах. В прошлый раз я забирала его из подозрительного вида салона, где он приводил в надлежащий вид одну из своих татуировок.

Сегодня он изъявил желание прогуляться среди склепов и памятников.

– А давайте сделаем из меня Фауста? – профессор Вальтер усмехнулся. – А что, получилось бы забавно и весьма в духе расхожих представлений о моем изобретении. Да и место подходящее, – он повел рукой. Обитель смерти. – Самое время сейчас раскрыть вам рецепт эликсиров сатаны. Или давайте лучше я разглашу вам условия своего контракта.

Правда, не всем он покажется выгодным.

– Может быть, не будем шокировать общественность? Хотя… тут на ваше усмотрение. Тем не менее я имела в виду несколько другое. Ну серьезно, вы же мечтали? Наверняка у вас были какие-то заветные желания?

– Я отвечу – да, иначе рискую прослыть человеком без фантазии, а это было бы обидно, —мой собеседник потянулся за очередной булкой, разломил – из-под треснувшей корочки фонтаном брызнули ароматные белые крошки. Голуби и сойки засуетились.

– Разумеется, были мечты, куда же без них.

Однако я вам вот что скажу: наш рассудок весьма спесив и порой навязывает нам в желания то, чего нам совсем даже и не нужно. К сожалению, так происходит часто, гораздо чаще, чем мы в силах заметить.

– Вы имеете в виду, что мы сами не знаем, чего хотим? – я положила на скамейку сумку, сверху пристроила диктофон.

– Я имею в виду лишь то, что сказал. Мы хотим того, о чем не знаем, а знаем то, чего на самом деле не хотим.