Афрофикшн

Только три-четыре старожила помнят тот период, когда я не выходила на работу три недели. Но виду не подают. И вообще в офисе меньше всего отрезонировали события годичной давности.

Я пришла в компанию по производству и продаже упаковочной и сувенирной продукции в качестве маркетолога-копирайтера. Занималась сайтом, рекламой, писала продающие тексты. Эти навыки помогали мне и в развитии моего писательского блога. Быть может, издательство тогда обратило на меня внимание именно благодаря моему умению продавать себя как автора и специалиста по текстам и привлекать аудиторию.

А еще благодаря своей работе я очень красиво упаковывала книги на продажу, что делало их еще более привлекательными для читателей.

Год назад я попросила шефа перевести меня на работу с заказами. Я была слишком подавлена для творческой работы. Маркетинг у нас был отлажен, и он со скрипом согласился. Так от меня было больше пользы. Ничего не генерировать, а просто реагировать на поток заказов.

Летучка. Я прихожу первая, занимаю место подальше от стола шефа.

Хочется, чтобы сегодня меня никто не трогал. Вторым приходит Вадик и ставит передо мной маленький стаканчик с капучино. Я расплываюсь в улыбке: вчера я заметно клевала носом во время летучки. Чертова погода!

– Ты же знаешь… – начинаю я.

– Минимум кофеина и миндальное молоко, – Вадик напоминает о своей осведомленности в области моих гастрономических пристрастиях.

Не мудрено, мы вместе не раз отправлялись в командировки, где я демонстративно морщилась то от крепкого кофе, то от жирных пончиков, то от скользких мидий.

Берген, Хьюстон, Шанхай, Бостон – такая обширная география прошедших за последние годы тематических выставок нашей продукции и сопутствующих переговоров.

Вадик женат, но абсолютно оторван от своей семьи, как вечный скиталец в поисках признания, новых связей и больших денег. Он таскал меня по неформальным бизнес-ужинам, где деловые люди искали себе еще более деловых партнеров, а потом на всякие мотивирующие выступления тренеров личностного роста, которые заставляли всех вокруг поверить в себя, порой совершенно безосновательно.

Мне было забавно наблюдать, слушать, анализировать. Узнаваемые прописные истины – со сцены, в микрофон, из уст ребят порой намного моложе меня.

Вадик ни разу не намекал на близость, просто опекал и оберегал меня, но иногда переступал черту и мог обидеться или сказать что-то колкое. Я резко осаждала его. Он приходил в себя, и в ящике моего стола появлялась очередная шоколадка.