Светлая и Темный

Проводив ее взглядом и дождавшись, когда закроется дверь, я не удержалась и предложила:

– Знаешь, Ноэль, давай спать в одной кровати, а то мне страшно даже глаза закрыть, вдруг снова кошмары увижу.

– Ваши кошмары – это наша жизнь! – обреченно заметила Ноэль и осторожно поинтересовалась, хлюпнув носом: – Что вы вспомнили?

– Свое четырехлетнее замужество и как вдовой стала, – буркнула я. Заметив хмурую складку между бровями юной драки, честно добавила: – Не поверишь, я испытываю несказанное облегчение по этому поводу.

Ноэль зябко передернула плечиками, слезла с кровати и налила мне кружку молока. Повинуясь моему настойчивому взгляду, наполнила вторую. Затем, взяв два ломтя хлеба с сыром, вернулась на кровать. После мы сосредоточенно ели, каждая думая о своем, и смотрели в камин, наблюдая, как горят поленья. Моя душа успокоилась, я снова поверила, что все складывается хорошо: наконец-то враги сдохли в муках, туда им и дорога, а мы с кузиной как-нибудь и без них проживем.

На ужин Ноэль принесла мясо и проговорилась, что дали его впервые с момента моего ранения. Мы объелись, как слоники, и сыто растянулись на постели. В камине весело трещал огонь; уже не мрачно, а таинственно горели свечи. Кузина, заметно воспрявшая духом, перестав дичиться и вздрагивать, устроилась поверх одеяла, и мы наслаждались покоем и теплом.

– Даже не помню, когда мне было так легко и спокойно… – неожиданно вырвалось у настрадавшейся девушки.

Посмотрев на нее с пониманием и сочувствием, я прощупала почву:

– Хочу кое о чем спросить у тебя, мне важно это знать. – И предупредила: – Но если не хочешь, не отвечай.

– Конечно, я отвечу на любые твои вопросы, мы же договорились, – встрепенулась Ноэль.

Я кивнула и, что называется, в лоб спросила:

– Ты смогла сохранить невинность в том ужасе, который творился в Хемвиле?

Девушка нахмурилась, пожевала губу, потом с грустной усмешкой ответила:

– Вы верно заметили, миледи… ужасе…

– Ноэль, давай перейдем на имена.

Она улыбнулась немного неуверенно и все же выглядела польщенной.

– Давай… Сафира!

– Ну и… – напомнила ей о своем вопросе.

– Да, Сафира, невинность я сохранила. Твой отец – лорд Калем – опасался, что может лишиться дочери… по разным причинам.