Половинка

– Вы лично принесете мне клятву на крови в качестве гаранта подлинности документа, – потребовала я.

Король Дармаша вновь улыбнулся и быстро уколол палец концом кинжала. Поклялся следовать букве договора и расслабился, приняв снисходительный вид. Хейго наблюдал за происходящим, не проявляя любопытства, так мне показалось. Но в его жутких ледяных глазах мелькнула мрачная заинтересованность, а может, это тоже показалось в мерцающем пламени огня.

– Лар Хейго, я хотела бы знать, когда и как мы отправимся в… Цветану?

– Послезавтра, на рассвете, – прошелестел темный, привычно заставив меня дрогнуть.

 – К этому времени вам подготовят одежду и соберут в дорогу. А насчет «как» – это наша забота. Вам лишь надлежит знать, что с нами вы в безопасности, и в точности выполнять указания.

Подозревая некий подвох, я переводила взгляд с одного собеседника на другого, пока не поняла, что мне с ними не тягаться. Больше для самоуспокоения спросила вновь:

– И все-таки, как мы будем добираться?

– Сначала на лошадях, а большую часть пути – на лыжах и санях, – сообщил темный.

– А как же провиант? Пушистик ест много, и…

– Ваш пес останется здесь! – категорично заявил король.

Я разъяренно уставилась на него:

– Вы отобрали у меня все, что не досталось белым, последнего человека, которого я любила. Пушистик – единственное близкое мне существо, а вы хотите лишить меня и его! Нет! И еще раз нет!

– Вы…

Темный, к моему полному изумлению, вскинул руку, призвав его величество замолчать и пояснил сам:

– Монстры белых чутко реагируют на любое тепло, охотятся за ним, уничтожают.

Собаке там не выжить. А наши силы будут уходить на сокрытие вашего тепла и защиту.

– Но… лошадей же вы берете? – чувствуя, что слезы подступают к горлу, выдавила я.

– Когда вы их увидите, поймете почему, – ровно ответил Хейго, плавно переместившись к королю.

– Ваше высочество… – необычайно эмоционально начал Бариус, – Оливия, детка, я клянусь лично взять твоего пса под опеку.

За ним будут ухаживать и кормить до твоего возвращения. Когда бы это ни произошло. Я прослежу за тем, чтобы твой… э-э-э… Пушистик был в полном порядке и доволен жизнью, пока вас не будет.

Я зарылась пальцами в мягкую густую собачью шерсть. Пес косил на меня тревожным взглядом, а у меня внутри все переворачивалось от боли. Но вдруг будто мысленно споткнулась – впервые за три года не ощутила внутреннего льда.