Голодное сердце

Я удивленно выгнула брови: во-первых, одежды другого цвета в гардеробе не имелось, а во-вторых, почему именно эльтар будет доволен моим выбором? Но Дар, отвернувшись от меня, наблюдал, как Дир накрывает на стол, и я, не удержавшись, спросила:

– Скажите, ис Дар, Дир ваш родственник? Вы так похожи.

Дар неожиданно смутился, потом ответил:

– Да, несса, он мой последний брат.

– Вы хотите сказать, самый младший?

– Нет, несса, я хотел сказать, последний из оставшихся в живых.

– Простите, ис, я не хотела вас огорчить, – расстроилась я из-за собственной бестактности.

– Не беспокойтесь, несса, вы можете спрашивать что угодно! Для вас все внове, и для меня честь помочь вам освоиться среди нас.

– Скажите, ис Дар, а ваш народ со всеми обращается так же, как со мной? – осторожно, но настойчиво выясняла я мучивший меня вопрос.

Он немного опешил.

– Рокшане не воюют с женщинами. Более того, для рокшан женщины священны, особенно такие, как вы, несса Ева!

– Такие, как я? А что во мне особенного, чем я отличаюсь от других?

Я, конечно, в курсе, что не отношусь к категории «как все», но ведь они-то об этом знать не могут! Или могут?

Дар смотрел на меня еще пристальнее, чем раньше, и молчал.

– А где эльтар Рантаир? – я занервничала.

Он удивленно вскинул брови.

– Вы хотите его видеть, несса?

Вот тут я совсем растерялась.

– Ну, я хотела бы знать, что мне можно на этом корабле, а чего нельзя. Эльтар сказал, что позже сообщит, сможет ли принять меня на службу на свой корабль, или хотя бы прояснит мое дальнейшее положение, – последнее я уже тихонько шептала себе под нос.

Дар понял мое состояние:

– Не волнуйтесь, несса, эльтар Рантаир поможет вам решить все проблемы, просто отдыхайте и ни о чем не беспокойтесь. И я хотел бы узнать ответ на вопрос эльтара. Есть ли у вас хранитель?

– Нет, ис Дар, у меня нет хранителя!

– Разве в вашем роду нет мужчин, несса?

– Последний мужчина погиб восемь лет назад, ис.

Дар ошеломленно смотрел на меня.

– Значит, ваш род пресекся, несса? Мне очень жаль, я выражаю вам сочувствие.

Я задрала повыше подбородок и ответила с безмятежной улыбкой:

– Не стоит, ис, не стоит! Мой род не может прерваться из-за отсутствия мужчин, потому что он знаменит не мужчинами, а женщинами, а поэтому пока жива хоть одна из нас, мой род будет продолжаться.