Сексуальное преступление

Дворецкий, похожий на огромного прямоходящего богомола, прострекотал:

– По правилам перемирия между людьми и фейри, люди не имеют права допрашивать волшебный народец. Для проведения любых переговоров полиция обязана выслать представителя народности фейри, служащего в совместных органах правопорядка.

Стронгу это было известно, а также и то, что таких сотрудников мало, а дел, в которых участвуют фейри, много.

Поэтому он проговорил многозначительно:

– Я здесь не по долгу службы. У меня к госпоже личное дело.

Богомол окинул мужчину оценивающим взглядом, а потом отступил вглубь помещения:

– Следуйте за мной.

В доме феи было темно, все шторы задернуты. Мебель с темной обивкой мерцала в темноте от пыльцы. В воздухе витал легкий цветочный аромат.

– Ждите здесь. – сказал дворецкий и оставил Тима одного.

Тот огляделся по сторонам: обычная гостиная. Книжные шкафы, кресла, журнальный столик, камин… На столике что-то мелодично журчало. Детектив подошел ближе и увидел, что это серебристая жидкость льется в изящную чашку прямо из наклоненного над ней большого бутона какого-то неведомого цветка.

Роса фей. Говорят, попробуешь ее и больше ничего на свете не захочешь съесть или выпить…

– Детектив.

Голос у феи был низкий с хрипотцой. Да и сама она была невысокой, ниже Эльзы, но с точеной миниатюрной фигуркой. Миндалевидные глаза необычного для людей фиолетового цвета (бывает такой оттенок фиалки), прямые черные как уголь волосы. Одета в темно-синее вечернее платье с открытой спиной.

Фея сделала несколько плавных шагов вперед:

– Я не разговариваю с полицейскими – людьми.

– Можем и не разговаривать. – проявил широту души Тим.

Его собеседница усмехнулась, затем приоткрыла рот и провела язычком по своим острозаточенным зубкам:

– Значит, личное дело?

– Да.

Фея не доходила ему даже до солнечного сплетения. Впрочем, ее это совершенно не смущало. Она протянула тонкую руку (с острыми коготками) и положила ее на грудь детективу, а потом медленно провела коготком вниз. И ткань разъехалась, словно по ней прошлись лезвием.

«А барон не из трусливых». – оценил мужчина.

А фея выдвинула условия:

– Я предпочитаю быть сверху.

– Нет проблем. – легко согласился он.