Было у отца три сына

Честно говоря, я не больно-то разбиралась во всех этих политических перипетиях, знала только нынешнего короля и предыдущего. Впрочем, тут мне это на руку. Всегда полезно выставить себя дурочкой. Меньше подозрений…

А Ричард сделал шаг вперед, переходя к следующему портрету:

– У Карла была дочь, Фрейа, моя прабабка. Ее муж должен был стать следующим королем, и принцесса пожелала выйти замуж за самого сильного человека в подлунном королевстве.

– А! – эту историю я помнила. – Там, в итоге, кто-то из простонародья все испытания прошел, да?

– Да.

Ганс, вот он. – с портрета на нас простодушно смотрел здоровенный детина. – Силы он был недюжей, а вот с воображением возникали трудности. Эти он развязал первую войну с великанами, когда королю показалось, что представитель великанов, прибывший на переговоры, недостаточно низко ему поклонился. Впрочем, в войне он разбирался хорошо и выиграл все сражения. Жаль, того же нельзя сказать о его сыне…

Мы перешли к следующему портрету:

– Мой дед Франциск не отличался острым умом, зато был взбалмошным и скорым на расправу.

Собственно, правил он недолго. Ну, а за ним к власти пришел мой отец.

И вот мы добрались до портрета Генриха. Надо заметить, что, если бы принц не сказал мне, кто тут изображен, то я бы ни за что не узнала в этом юноше того мужчину из тронного зала.

– О. Какой он тут молодой.

– Да. Это единственный портрет отца. Его сделали, когда король был юным и еще подчинялся воле своего отца, Франциска. Тот был тщеславным и заставил сына позировать художнику для увековечивания памяти.

Более никто не смог вынудить отца пройти через эту пытку.

– Понимаю его. – честно сказала я. – И потом, должно быть, его величество занят важными государственными вопросами?

– О, нет. – спокойно ответил мужчина. – Этим раньше занимался советник, а, теперь, Томас. Отец же целыми днями просиживает за своими механизмами. Он знатный изобретатель, поверьте мне! Но немного чудаковат.

Мне понравилось, как сын отзывается об отце, это импонировало.

А со следующего портрета на нас холодно смотрела еще одна дама с котом (или кошкой), на этот раз блондинка с пышными волосами и ясными синими глазами, как драгоценные камни чистейшей пробы.

Я немедленно уловила сходство:

– Ваша матушка?

– Да, королева Эстелла. – с грустью сказал он.

– Я слышала, она пропала…

– Боюсь, что так. Впрочем, может, это и к лучшему. Потому что прямо перед исчезновением ее обвинили в колдовстве.

– О.