Звезда Роддернара

Лошади не боевые – едва тянутся. Похоже, это телега с продуктами, которые везут ко двору.

– Нам бы повозку с лошадьми. Мы бы успели добраться до храма Алесты гораздо быстрее, – сообразил Росомаха. – Нужно захватить ее.

Он произнес эти слова с каким-то сожалением, понимая, что брать чужое нехорошо. Убивать в бою – да, но не грабить, как поступают лесные разбойники. Однако пока выбирать не приходилось.

– Верно. Идем, – прошептал Неро.

В этот момент из-за поворота дороги действительно показалась запряженная двойкой лошадей телега.

Но возница никак не ожидал нападения здесь, неподалеку от императорского дворца. Улисс и Неро выскочили одновременно. И пока громила выбил мужчину с дрожек, другой таггир уже выхватил вожжи, останавливая и разворачивая повозку. Рядом оказался второй пассажир, и его тоже пришлось сбросить в траву.

– Теперь идти пешком не придется, а заодно можно спрятаться, – улыбнулся Кэссиен. – Давайте, рассаживайтесь, дальше поедем с комфортом.

Два шайра со связанными их же ремнями запястьями и кляпами во ртах только грустно наблюдали, сидя на краю дороги, как товар сбросили на утрамбованную землю, а их транспорт скрылся за поворотом.

Между ветвей деревьев пробились первые солнечные лучи этого дня, согревая своим теплом воздух и высушивая росу на траве.

***

Бри пришла в себя только через пару часов, очнулась ото сна, хотя и сном ее состояние было назвать сложно. Скорее, какая-то болезненная дрема. Но сейчас ей стало лучше. Хорошо, что таггир смог ей помочь, вовремя сообразил, что делать в этой ситуации.

Стыдно-то как! Еще бы не думать о том, что произошло между ними ночью.

Теперь, в свете дня, она смогла рассмотреть его лицо. Блики солнца играли на хорошо очерченных, высоко поднятых скулах. Губы едва заметно улыбались, когда он смотрел вдаль, нахмурившись от ярких лучей. При этом освещении его глаза напоминали весеннюю зелень. Меж бровей собрались складочки, но скорее, потому, что он много времени проводил на открытом воздухе, под палящим солнцем, тренировался или сражался на арене.

Его идеальный профиль наводил на мысли, что этот боец вовсе не отсюда, такие прямые носы у северян, коих Бри видела не так уж много. Крылья носа широко раскрывались, будто мужчина тоже принимал в себя этот воздух свободы.

Она вдруг поняла, что для него эта свобода означает не меньше, чем для нее самой. Они ведь тоже сбежали, подвергая себя риску. И произошло это вовсе не из-за нее.