Нет права жить, нет права умирать

День пролетел быстро. Меня никто не трогал, и я ни с кем не разговаривала. И меня это очень даже устраивало, потому как слышать голосок Катковой вовсе не хотелось. А вечером началось самое противное. Моя мама заявилась домой вовремя. И сделала она это лишь потому, что жена ее шефа все же смогла ей дозвониться. И не успела я смотаться в свою комнату, как моя мать, допив чай, позвала меня не обещающим добра тоном:

– Карина, надо поговорить! – Мама сидела на табуретке, сняла очки и смотрела на меня.

Как же мне не хотелось оправдываться за вчерашний поступок.

– Она сама напросилась. Могу побить опять, мне не сложно! – ответила, отвернувшись в сторону и разглядывая цветочки на обоях.

– Ты считаешь это нормальным? – Она повысила голос, и этот тон мне совсем не понравился. Когда в нем проявлялись раздраженные нотки, я сразу просекала, что добром это не закончится.

– Да, я считаю нормальным. Она меня оскорбила, да и просто достала.

– Это не повод сразу лезть в драку. Тебе почти двадцать, а ты ведешь себя как маленький ребенок! Только семестр начался, а у меня от тебя одни проблемы! Еще и разговоров на работе будет… Хорошо, что полицию не вызвали. Представляю, как пришлось бы за тебя краснеть на суде! – крикнула она, задев за живое, и будто некая болезненная струна зазвучала в грудной клетке.

– Да пусть бы посадили даже. Тебе ведь все равно.

– Несносная девчонка! Ты мне всю жизнь испоганила! – крикнула мать, хлопнув дверью.

– Как же я не хочу с тобой жить! – не выдержала я.

Я и сама не понимала, почему до сих пор не уехала. Но общежитие давали лишь иногородним. Мне, как местной, оно не светило. Можно, конечно, снимать жилье. Но с моей стипендией это нереально. Да и Каткова с остальными никуда не денутся. Вариант один – устроиться на работу и перевестись на заочную форму обучения. Но папа расстроится. А еще на первое время понадобятся деньги. Я хотела уехать уже несколько раз, но конфликты стихали, и я оставалась…

Да меня держало тут даже не это…

Хотелось крикнуть матери, что жизнь испортила не я ей, а она мне.

Я ушла, легла, накрывшись пледом с головой, чтобы не слышать криков, которые все еще раздавались из-за дверей спальни.

В ту ночь я не видела снов.