Верные враги

Интересно, за что дриады дали Вересу это прозвище? Каждое растение для них что-то символизирует: дуб – верность, береза – боль, ромашка – знание, дикая гвоздика – кровь, вереск… вереск… ведь вроде бы слышала краем уха… ага.

Могильный курган. Вероятно, это пошло еще от вересковых пустошей, излюбленного места встреч вражеских армий. Там же их двумя кучками и хоронили; если приглядеться – на любой более-менее пригодной для сражений равнине найдется по парочке поросших вереском холмиков. Так что пусть старшие расы не врут, что все проблемы начались с приходом людей.

Интересно, за что они его так окрестили? Да и Верес, наверное, не настоящее имя, а калька с дриадского.

– С того вечера Делирну больше не видели, – продолжал дракон. – Предполагают, что она тайно покинула пределы Града – скорее всего, с помощью магии, ибо никто из караульных ее не заметил. Впрочем, она и раньше частенько так поступала – вспомни хотя бы прошлогодний случай, когда старая интриганка… ой, то есть усопшая, мир ее праху!… из ниоткуда свалилась прямо посреди стола на закрытом заседании Совета Ковена Магов и с ходу задала всем перцу! Никто понятия не имеет, куда ее на сей раз понесло, но через три дня ее дерево рухнуло, и дриады объявили официальный недельный траур, по истечении которого выбрали новую правительницу.

Рест, вспомнив о своих кухарских обязанностях, расстелил у костра полотенце и под одобрительным взглядом Вереса начал выкладывать на него провизию, неровно пластая туповатым ножом хлеб и копченую грудинку.

– Сколько бутербродов делать? – поинтересовался он, нарушив минуту не то молчания, не то раздумий.

– Мне не надо, – с ходу отказался дракон.

– Мы уже перекусили, – пояснила я, выскребая из снега и небрежно раскручивая на когте широкий ошейник с шипами. – Подвернулся тут один…

– Ничто так не сближает, как совместная трапеза, – ухмыльнулся Мрак.

Мальчишка явственно позеленел, глядя на грудинку уже далеко не с прежним аппетитом.

– Дай посмотреть, – протянул руку Верес.

– Выходит, по округе вполне могут бродить еще три такие твари. – Колдун внимательно изучил ошейник, но, не обнаружив больше никаких меток, бросил его в костер. Пламя недовольно зашипело, словно на него плеснули водой.

– Четыре, – машинально поправила я. Верес улыбнулся краешками губ:

– На предыдущем не было ни номера, ни шипов.