Верные враги

Начал Карст-э-Лат по всем правилам своего искусства: вытащил из-под прилавка что-то ржавенькое, кривенькое и щербатенькое и начал скучающим голосом расписывать прелести этого несокрушимого клинка, основной из которых была редкостная дешевизна (выбросить жалко, вдруг какой дурень польстится и в самом деле купит?). Но если клиентка действительно интересуется оружием…

– Карст, я ценю хорошие шутки, но у меня не так уж много времени.

Переговоры перешли во вторую, противоположную стадию: показать покупателю коллекционный клинок в россыпи бриллиантов и ошарашить его несусветной, однако честной ценой, после которой даже тройная стоимость обычного меча будет казаться смехотворной.

– Сие, – гном аж сопеть возле этих ножен постеснялся, благоговейно затаил дыхание и сдавленно сообщил, – друидский даркан, в просторечии «окуньком» рекомый. Раритет, такой не то что продавать – показывать немалых денег стоит.

– Разве друиды куют оружие? – Я привычно пропустила мимо ушей вымогательский намек. Карста послушать, так я ему уже годовую зарплату задолжала.

– Заговаривают, – поправил гном. – Куём мы, разумеется, кто ж еще такую сталь варить и закалять умеет?

– Эльфы.

– Что-о? – так и взвился торговец. – Остроухие?! Да у них любая железина за меч сойдет, лишь бы камней побольше налепить да гравировки золотой нашлепать! Кто им, думаешь, болванки поставляет?

– Я слыхала, в их части Ясневого Града есть небольшое месторождение железа. На болотах.

– Во-во, болотах! В топях отродясь ничего хорошего не водилось, одни жабы да пиявки с кикиморами!

– Среброкрылые цапли, – мечтательно напомнила я, некогда навсегда очарованная обманчиво-неуклюжим полетом чубатой красавицы с маховыми перьями, как веера блестящих на солнце клинков, отражающихся в черной неподвижной воде.

– Ты ей про храм, а она тебе про срам! – не выдержав, припечатал меня гном известным присловьем. – Нет у эльфов стоящего оружия, и точка! И вообще, ну их к троллю в… пещеру, глянь лучше сюда! Ты небось о таком диве и не слыхала!

Беда в том, что я как раз таки много чего слышала о дарканах, потому и пыталась потянуть время.

Hу конечно же побег хмеля, искусно прорисованный до последней шишечки-жилочки на листьях, во всей красе зеленел вдоль узкого, слегка изогнутого лезвия, так остро оточенного, что кромка казалась полупрозрачной.