Плюс на минус

 – Но знайте, Елена Викторовна: если бы не показания вашего начальника – к которым, впрочем, у меня нет особого доверия, – то не я бы к вам, а вы к нам приехали! Ваше учреждение уже давно вызывает у нас подозрения!

– Это какие? – Об истинных функциях Госнежконтроля знал весьма ограниченный круг лиц, для остальных он расшифровывался как Государственный контроль за недвижимостью и жильем, подведомственная Минстройархитектуры контора. Собственно наш отдел якобы занимался охраной памятников старины.

– Да вот такие! – загадочно припугнул оперативник.

 – Вы там давно работаете?

– Четыре года.

– И на хорошем счету у начальства, верно?

– Пока не выгоняют, – осторожно сказала я.

– И даже стажеров поручают?

– Ну поручали пару раз…

– То есть на вчерашний день опыт работы с ними у вас уже имелся?

От вопроса веяло каким-то подвохом.

– А что?

– Да или нет?

– Ну… да, – рискнула я.

– Тогда почему вы допустили подобное поведение Топлякова?

– А что я могла сделать? – возмутилась я.

 – На ботинке у него повиснуть?

– А раньше? Свидетели сообщают, что от напавшего на них инспектора сильно пахло алкоголем. Почему вы не доложили начальнику, что ваш напарник пьян?

– Да Серафим Петрович сам это видел! Он мне Са… Александра таким и подсунул!

– То есть вы утверждаете, – оперативник быстро строчил в блокноте, – что ваш начальник знал, что его родственник неадекватен, и тем не менее поручил ему важное задание?

– Самое обычное, – вступилась я за Серафима.

Шеф у меня, конечно, тот еще самодур, но человек он хороший, добрый и даже мягкий – вон тетя Маша не только вьет из него веревки, но и плетет из них макраме. – И ничего подобного я не утверждаю. Между прочим, сантехники еще в худшем состоянии по вызовам ходят!

– Но они же гранаты в унитазы не бросают, – здраво заметил Наумов.

Я не нашлась, что на это возразить.

Задав еще с десяток столь же дурацких вопросов (не замечала ли я чего-нибудь странного в поведении самого Серафима Петровича, какой у нас в Госнежохране распорядок дня, что я могу сказать об уборщице тете Мане) и тщательно законспектировав ответы, Наумов развернул блокнот ко мне.

– Подпишите.

– Зачем? Мы же просто беседовали.

– А вы хотите, чтобы я к вам с ордером пришел?

– Не буду подписывать, – заупрямилась «блондинка», – у меня стресс, мало ли чего я там наговорила! Кстати, дайте почитаю…

Блокнот тут же выскользнул у меня из-под носа.