Валерьянка для кота

Мама настояла – хозяйка прекрасная, чистюля, тебя любит, из хорошей семьи. Тьфу! Чего он повелся тогда? Сейчас проблем бы не было, а так вся элита уже знает. Вон партнеры из Англии и Швейцарии уже телефон оборвали – поздравляют.

Да – Ксюшка отличная девушка. И красивая, и фигурка – супер, хозяйка от бога. Мамуля в ней души не чает. Михаил задумался. Черт, а чего ему, вообще, надо, если у него идеальная баба под боком спит? Мужчина прикоснулся к ее плечу, прохладной коже. Слегка поправил лямку ночной рубашки.

Ночной рубашки, блин. А ведь Ксюха ещё никогда голой не спала с ним, так, чтобы их обнаженные тела сливались друг с другом, впечатывались в страсти и чтобы жар ощущался, а не этот дорогой и холодный шёлк. Да и какая с ней страсть…

Михаил едва сдержал глубокий вздох – вдруг разбудит девчонку. Почему именно сейчас он задумался над этим, почему не раньше? Он не хочет Ксюшку. Ну совсем не хочет. И, может быть, поэтому так нравилось раз в месяц участвовать с друзьями в их небольших оргиях с элитными проститутками.

По крайней мере, каждая из них знала своё дело и, в отличие от его невесты, виртуозно исполняла глубокий минет.

А утром проснулся поздно, с удручающе-тупой головной болью. С кухни доносился запах кофе – Ксюшка готовила завтрак. Родная его девочка. Пусть Михаил не чувствовал к ней любви, как описывают в любовных романах, но ведь это чувство бывает таким разным. Любовь к женщине, любовь к ребёнку, к другу, к матери… Так, стоп. Так можно додуматься до чего угодно.

Михаил нащупал на полу тапки, встал, потянулся. Глянув на часы, замер. Десятый час! Твою ж мать, он проспал! Почему Ксю не разбудила его?

– Ксюшка! – крикнул и рванул в ванную. Ответа не было. Наскоро умывшись, Михаил бросил взгляд на вешалку. Девушка обычно готовила ему одежду с вечера. Быстро одевшись, мужчина растерянно посмотрел на галстук у себя в руке. Что делать с ним – он не имел понятия. – Ксю! – крикнул ещё раз и нетерпеливо прошёл в кухню.

Девушки не было.

На столе под накрытым блюдцем завтраком лежала записка: «Прости, милый, не смогла добудиться. Ушла на работу».

Волна раздражения внезапно начала подниматься и заполнять грудную клетку. Ушла на работу! А ему что, не надо на работу?! Хоть бы усилия приложила, что ли!

Михаил налил остывший кофе в чашку, сделал глоток и, не выдержав отвратительный вкус, вылил остатки в раковину. Ничего, сейчас придёт на работу, Арина сварит хороший и крепкий.