Валерьянка для кота. Вторая книга

* * *

Она только что приняла душ и теперь сидела, завернувшись в плед. Егор разогревал что-то в микроволновке, говорил о чём-то, но Лера его не слышала. В голове назойливо крутилась одна единственная мысль – что делать? Мужчина поставил перед девушкой тарелку. Она сморщила нос, отодвигая ее.

– Не, я, конечно, понимаю, что ты не привыкла к таким изыскам… – он усмехнулся.

– Прости, – Лера вяло улыбнулась. – Я просто совсем не хочу есть. Кажется, меня сейчас стошнит.

Он опустился на табурет напротив и уставился на неё:

– Лер, посмотри на меня.

– Да я для них обуза. У отца свои заботы – дождался, сбыл меня с рук. А муж… он чужой, понимаешь? Совсем чужой, и я ему совершенно не нужна. Да Мишка только рад будет, если я сгину.

– С чего ты взяла? Ты же даже не знаешь, если он пытался с тобой связаться… – Егор кинул взгляд на безмолвный телефон, лежавший на столе.

– Я устала.

– Сначала поешь, а потом отправляйся на свою лежанку. Ишь, голодом себя уморить придумала.

Он так и остался сидеть, наблюдая, как Лера ковыряет вилкой жареную картошку. Сидел, ждал, пока тарелка не опустела.

– Доволен? – она подняла на Егора тяжелый взгляд.

– Чайник поставить?

Девушка только покачала головой, вставая из-за стола.

– Спать пойду, – ещё плотнее закуталась в плед.

Егор не ответил ничего, махнул рукой.

10

Михаил заехал домой, принял душ, переоделся в более удобную одежду – джинсы и футболку. В карман кожаной куртки положил бумажник и телефон. Ещё раз осмотрел гостиную и кухню – ничего не забыл. У него не было других планов, кроме одного – искать свою жену. Абсолютно непонятно где. Наверное, просто будет ездить по городу, всматриваясь в лица прохожих. Завтра ему кровь из носа нужно привезти Леру в больницу к ее отцу – он обещал.

На улице быстро темнело. К тому времени, как Михаил въехал на МКАД, уже включились фонари и теперь отражались на мокром от дождя асфальте. Настроение мужчины было подобно слякотной погоде – такое же унылое. Он ехал куда глаза глядят, просто нарезал километры по городу. Дома находиться не мог, друзей видеть не хотелось и все, о чем думал – где может быть эта сумасшедшая.