Гречишный мёд

– Ты где? – наконец, спросил Виктор Игнатьевич.

– Около схрона, – одними губами еле слышно прошептал парень.

– Вали оттуда. И следы замети, чтобы время слинять было. Всё.

Отец отключился. Игорь в панике вскочил, бросился в лес, но вернулся. Замести следы, убрать этого кадавра к едреной матери.

Тело было невыносимо тяжёлым, и Игорь с большим трудом дотянул его до входа в предбанник. Нещадно хотелось курить. Потом, все потом. Отодвинув бревно от двери в парную, распахнул дверь. Похоже, девица уже никакая, она сидела с открытыми глазами, но ни на что не реагировала.

Последние силы у Игоря ушли, чтобы впихнуть в парилку дружка этой цацы. Пусть погреются вместе. Он даже не стал подпирать дверь бревном – дело сделано, надо сматывать удочки. Быстро засыпал снегом кровавый след, тянувшийся в баню, и, вскочив на снегокат, рванул в лес.

Глава 20

– Максим, ты слышал? – Рая ворвалась в отведённую ему комнату. Он переодевался и едва успел натянуть спортивные штаны, когда дверь распахнулась.

– Что, Рай? – он постарался скрыть недовольство – хоть бы постучалась.

– Выстрел.

– Ох, – он закатил глаза. – Ну и? Тут охотников пачками. Это к местному егерю обращайся.

Максим хохотнул, отворачиваясь.

– Это не ружейный выстрел, да и рядом совсем, Макс.

– Ладно, доложим Ваньке. Дай одеться, в конце концов.

Минут через пять вышел в темно-синем свитере, аккуратно причёсанный.

– Ну что, собирай на стол, красавица.

Девушка смутилась, развела руками.

– Да почти все готово, только Ивана с Иркой дождаться.

Макс радостно потёр руки.

– Ох, люблю я к вам в гости приезжать! Ну и где же хозяева?

– Иришка пошла баню протопить для тебя, а Иван за ней следом. Ну и…

Макс усмехнулся. Ясно. Наверное, решили воспользоваться тем, что никого нет, уединились, голубки.

– Щас я за ними сгоняю, а ты сиди, – Рая кинулась за порог.

Макс достал свой рюкзак, развязал шнуровку. Пара бутылок беленькой, дорогой виски, шампанское для девчонок.

Он рассчитывал провести здесь не меньше недели. В следующий раз он приедет весной, на Ванькину с Ириной свадьбу.

От предвкушения прекрасного вечера на сердце было тепло. Максим вышел на крыльцо. Вечерело, снег приобрёл синеватый оттенок. Край солнца торчал в ветках сосен. Морозный воздух хрустел и пах свежим накрахмаленным бельём. Макс вдохнул всей грудью, нагнулся зачерпнуть горсть снега.

– Маааааакс!

Он скривился. Райка орала, как сумасшедшая.