Сын моего мужа

– Пока ты здесь отдыхала, мы сделали ремонт в твоей комнате. Тебе понравится. Там теперь совсем все по-другому. – Комната? Какая ещё комната? Лизка поняла по моему озадаченному взгляду, что я ничего не понимаю. Ладонью накрыла мою руку: – Давай я тебе все расскажу, когда приедем? – и защебетала, заводя двигатель: – Главное, чтобы ты ничего не забыла здесь. Плохая примета. Проверь, Мил, все захватила? Ну там зубную щетку, пасту, книги какие-то? Таблетки все взяла?

От ее вопросов у меня даже закружилась голова.

Стоило волноваться из-за зубной щетки! В конце концов, можно и новую купить. Книг у меня не было, а таблетки… какие-то антидепрессанты, успокоительные… Они облегчали мою жизнь, но свежая мысль искоркой мелькнула в сознании – не хочу зависеть от лекарств, вгоняющих меня в сонное состояние, словно муху перед зимней спячкой.

– Какой сегодня день? – устав разглядывать улицы, покрытые застарелым с чёрной коркой снегом, я откинулась в кресле.

– Четырнадцатое.

– А месяц? – Лизка выдохнула, и я, поймав ее встревоженный взгляд, поторопилась успокоить: – Не бойся, со мной все в порядке.

Просто в отделении не было календаря, а спрашивать у больных не хотелось.

На самом деле это была полуправда. Мне было все равно. И сейчас я спросила подругу только чтобы не молчать. Оказалось, что уже февраль. Интересно, как поживает Олег? Эта мысль вяло шевельнулась в мозгу, но потом спряталась за одну из извилин. Мне абсолютно плевать на него, он ушёл из моей жизни, и я не желаю его видеть.

У меня впереди новая жизнь, новая страница книги.

Все это мне внушали на групповых секциях с психологом. И там я всему этому верила. А сейчас…

Закрыв лицо ладонями, согнувшись пополам, я уткнулась в колени. Машина дернулась, остановилась.

Лизка обхватила меня, нашептывая утешительные слова.

Ночью, лёжа на новенькой кровати и глядя все в тот же с детства знакомый потолок, я с горечью вспоминала прожитые с мужем годы, дни, когда мы только познакомились, наши свидания, все то время, когда мы были счастливы.

По крайней мере, я.

Мне придётся научится жить заново без него, моего любимого. Семь лет, что мы были вместе, пролетели кометой, оставив после себя сноп пепла. Мне двадцать четыре года, и я смогу заставить себя жить.

* * *

Что-то надломилось в их с сыном отношениях. Вроде все было как всегда – по утрам они пили кофе, только теперь вместо разговоров Кевин сидел с газетой в руках, а Марк – вперившись в экран телефона.