Красный Дракон. День гнева

Не сосчитать, сколько раз он смотрел на гобелен, пока господин диктовал ему распоряжения. Сергей был убежден: кровавый фон старик выбрал умышленно, чтобы напомнить, как поступают с неугодными.

– Отлично, сир, – маленькая ложь во спасение могла выйти ему боком. – Она восприняла все, – Сергей замялся, подыскивая слово: – достойно.

– Ты был с ней добр?

– Разумеется, я ведь знаю, насколько она важна. Всех можно заменить, только не ее, – привычно повторил Сергей. Мелькнула мысль: когда покои старика перейдут ему, он первым делом избавится от набившего оскомину гобелена.

– Не забывай об этом. Потому что если ты ошибешься, – старик приподнялся в кресле, и Сергей едва не прервал сеанс связи, – то я лично займусь тобой.

Лучше собственноручно вырвать себе сердце и съесть его, чем попасть к нему в руки. Известно, как заканчивают жизнь подобные "счастливчики". Их крики способны свести с ума даже такого, как Сергей.

– Дай ей время. Она должна к вам привыкнуть.

Сергей кивнул. Над тем, кто ждал ни одну сотню лет, время не властно.

Алекс провел пальцем по тумбочке. Ни пылинки. Комната образцовой девочки, не иначе.

– Фотки, – Вика щелкнула ногтем с идеальным французским маникюром по рамке. – И везде наша очаровашка. То она получает грамоту за победу на олимпиаде по литературе. Здесь она заняла первое место в стометровке. А вот участвует в самодеятельности.

Вика повалилась на аккуратно застеленную кровать, не заботясь о том, что сминает покрывало, и протянула, закинув руки за голову:

– Ску—ко—та.

Алекс окинул взглядом фигуру Виктории. Годы тренировок превратили ее тело в совершенство. Графитового цвета волосы напоминали черный агат. Глаза сверкали подобно изумрудам. Чуть вздернутый нос и упрямый подбородок намекали на упрямый характер. Его сестра, бесспорно, была хороша собой, но ее красота вкупе с вздорным нравом лишь отпугивала парней.

– Как думаешь, какой она будет? – спросила Вика.

– Милой?

– Нет уж, убей меня сразу. Я многое могу вынести, но не милую сестренку.

– Ты справишься, – он отогнул ажурный тюль и выглянул на улицу. Тени удлинились. Скоро вернется отец.

– А что насчет тебя, Александр?

– А что я?

– Что ты думаешь обо всем этом? – Вика обвела комнату рукой, но речь, конечно, шла о большем.