Зелье старика Эдди

Керамические горшки, такие же по размеру, цвету и форме, что попали под неуклюжесть Каролины и Ричарда, точно насмехались над девушкой: поблёскивали в ответ на её злобу, вылившуюся в один тяжёлый вздох. Она смахнула на пол пустую, по сути, бесполезную вазу, которая находилась ближе к ней.

– И правильно, миледи. Алану никогда не нравились эти горшки. Он с презрением называл их обожжёнными чудовищами. – Амальтея обернулась, но позади неё никого не было. – Пожалуй, я вам помогу и избавлю дом от второго урода.

– Говорящий кот? – спросила девушка.

– Я предпочитаю слово «волшебный». Кажется, вы ни капли не удивлены моим появлением. Признайтесь, кто вам обо мне рассказал: болтливый Роман, нетерпеливый Алан или безотказная Дженнифер? Обещаю, что не раскрою наш секрет даже под пытками, даже если меня будут пытать щекоткой! – он говорил сладко, растягивая слога.

Это был не самый большой представитель кошачьего семейства, не самый пушистый и, судя по выходкам, не самый воспитанный. Так как он сидел на перилах, Амальтея не могла точно определить его рост и размер, но предположила, что для волшебного кота он был порядком маловат, а для обычного, напротив, великоват.

– Ты знаешь, кто я такая?

– О! Неужели Стенли дали вам другое имя? – кот округлил жёлтые глаза и прикрыл мохнатой лапой рот, но не от удивления, а потому что был прирождённым актёром и любил драматизировать.

Амальтея печально усмехнулась и наступила на осколок разбитой вазы. Он хрустнул под узким ботинком и развалился на крохотные куски. Алан от неё сбежал, Роман и Дженнифер не выходят из кухни, потому что боятся гнева приятеля, а безумный говорящий кот развлекает гостью собственными мини-этюдами.

Покачав головой, девушка пошла к выходу, размышляя, как ей вернуться на Огненные Земли без денег.

– Мне хорошо известно, кто вы такая. А вот в том, что вы можете о себе что-то сказать кроме имени, я сильно сомневаюсь.

Амальтея открыла дверь. Тяжёлые чёрные облака сгущались над городом и давили на крыши его домов. Люди на противоположной стороне улицы загоняли родственников, работающих во дворе, в помещения и в спешке закрывали окна.