Соблазненная

Потеря жены все еще терзала мужчину. Моя злость сдулась подобно воздушному шарику, из которого выкачали воздух. Я хотела его ненавидеть и не могла. Он правда верит, что действует в интересах дочери.

– За повторное укрывательство ведьмы у меня отберут остров и титул, а твою сестру отдадут в интернат.

Я кивнула. Безрадостная перспектива. Его послушать, так мы все обречены: я на эргастул, Дайре на интернат, а он на старость в нищете.

– Я могу сбежать. Уехать куда-нибудь, – махнула рукой.

– Тебе не хуже меня известно: в мире нет мест без охотников.

– Поэтому ты заключил сделку? Жених в курсе что за невеста ему досталась?

– Разумеется, он все знает.

Я опешила:

– Как ты нашел охотника, согласившегося жениться на ведьме? – из того, что слышала, я четко усвоила одно – ведьмы и охотники ненавидят друг друга. Хозяин острова должен был сделать очень щедрое предложение, чтобы один из них пошел на такое.

– Твое приданое обойдется мне в целое состояние, – пояснил мужчина. – Плюс я напишу завещание на охотника. Он получит титул и остров после моей смерти.

– Он же убьет меня сразу после свадьбы!

– Тогда ему не достанется остров. Пока я жив, твоего наследства ему не видать. Он заберет лишь часть приданого.

– А как же Дайре?

– У нее нет проклятого дара твоей матери. Когда придет срок, я выдам ее замуж за Лодана. Он хороший малый.

Все-то у него продумано. Я сникла. Выбора у меня, похоже, нет.

– Расскажи что-нибудь о женихе, – попросила я, смиряясь на время с неизбежным. – Сколько ему лет?

– Охотнику двадцать семь.

Уже что-то. Между женихом и Еленикой всего-то девять лет разницы. Хотя бы не старик.

– Как его зовут?

– Хастад Бринн, – произнес мужчина с придыханием. Видимо, имя известное, оно должно было многое мне сказать, но я лишь кивнула.

Видя, что я не впечатлилась, мужчина добавил:

– Скоро ты сама все о нем узнаешь.

Едва он это сказал, как к моей правой лопатке словно раскаленную кочергу приложили. Я прямо ощутила фантомный запах паленого мяса. Метка сигнализировала, что охотник уже совсем рядом. Если боль продолжит нарастать, то я буду готова отрубить себе руку, когда он сойдет на берег!

Глава 7

Мне стало плохо прямо в кабинете. Все проклятая метка.