Проклятие Лозыль-То

– Далеко забрался от Нового Уренгоя, – произнес Виктор Иванович, и склонился к телу, разглядывая изорванный камуфляжный костюм, в котором запуталась трава и белые бутоны цветов, окрашенные запекшейся кровью, – а разрешение на оружие?

– На триста двенадцатом километре, у обочины обнаружена Тундра[4 - Японский пикап Toyota Tundra], зарегистрированная на его имя, – вставил Круглов, – через реку находится зимовьё, в котором ночевал погибший, там же найден рюкзак с сухпайком и сменной одеждой. Разрешение на оружие при себе не имел.

– Ясно. Оружие пробить. Как давно работает в Колоссе? – спросил следователь, разглядывая присыпанный песком ремингтон, на котором было несколько глубоких царапин.

– Около месяца. Уроженец Пермского края.

– Понятно. Турист, – Виктор Иванович зло сплюнул на землю и поднялся с ног. Запустив мёрзнущие ладони в брюки, мужчина развернулся к сержанту, – вот скажи мне, Круглов, я два часа провел в пути, по раздолбанным дорогам для того, чтобы посмотреть на придурка, почуявшего запах денег? Купил себе пугач для птиц, – Виктор бросил взгляд на ружье, – и пошел на медведя!?

Сержант замер.

Виктор впервые прямо посмотрел на него. На молодом лице Федора он приметил длинный, прерывистый шрам от бровей до скул – две тонкие полоски, словно от когтей. Повышенный тон следователя привлек внимание других полицейских. Виктор Иванович смерил их уничтожающим взглядом, и те мгновенно вернулись к имитации бурной розыскной деятельности. Один из полицейских, внешне похожий на азиата, что-то недовольно буркнул под нос.

– Хорош горлопанить, Ремнёв! Найди себе равного противника, – раздался старческий голос где-то над их головами.

Мужчины посмотрели наверх, прикрывая глаза от яркого солнца. С вершины песчаного карьера спускался сгорбленный старик с черной сумкой наперевес, которая, как казалось, была единственным препятствием, противостоящим порывам холодного ветра.

– Здравствуйте, Юрий Олегович, – прокашлявшись, сменил тон следователь.

– Поменьше официоза, друг мой, после пятидесяти – все равны, – старик похлопал по плечу Виктора, так, что тот немного пошатнулся.

Ладонь его была крепкой, как и всегда, – парня не тронь. Я тебя вызвал.

– Зачем, Юра? – недоумевал Ремнёв.

– Тьфу, Иваныч, ты стал как старая телега – долго запрягать… – отмахнулся Юрий Олегович, пошатываясь он пошел к телу, и указывая подрагивающим пальцем в небо, продолжил, – как судмедэксперт, я тебе официально заявляю, что это точно твой клиент.