Избранная, или Жена по приказу

А для меня Лидия была отдушиной. Единственным светлым лучиком в царстве мрачных будней.

Переход в другой мир прошел безболезненно. Граф открыл портал прямо из своей квартиры. Там была комната, куда мне запрещалось входить. Именно там он творил магию.

Так мы с сестренкой переместились в чужой мир и стали попаданками. В новом мире все было иначе, но главное здесь была магия, и я, как выяснилось, ею обладаю. Но имелись и минусы. Например, ненависть к иномирцам. Я никак не могла взять в толк, за что с нами так.

Моим единственным источником информации был граф. Только он знал, что я попаданка. Как бы я к нему не относилась, но лишь он мог ответить на мои вопросы. Он редко снисходил до объяснений, но однажды сказал:

– Магия бывает трех видов, Марианна, – сказал граф. Теперь у меня даже имя было другое. Простое «Маша» не годилось в новом мире. – Белая магия у рыцарей света, знахарей, королевской семьи. Серая у поисковиков, звездочетов и так далее. На самом деле, серая самая распространенная.

– Но при чем здесь иномирцы? – все еще не понимала я.

– Они – главный источник черной магии. Переход между мирами сложная штука. Надо преодолеть пустоту. Это под силу исключительно тем, в ком есть черная магия. Проще говоря, только те, кто ею обладает, могут ходить из мира в мир. Как ты понимаешь, такая магия вне закона. Когда-то именно один из подобных магов создал Венец тьмы и едва не погубил все королевство.

– Почему бы в таком случае не возвращать попаданцев домой? – не унималась я.

– Это не так просто. Я бы даже сказал, невозможно. Мало кто в состоянии управлять проходами между мирами. И такие люди обычно тоже вне закона.

– Ну да, – вздохнула я, – они же черные маги. Замкнутый круг. И все равно это какая-то дискриминация, – качнула я головой. – Не все попаданцы обладают черной магией. Взять, например, меня или Лидию.

Граф ничего на это не ответил. Лишь посмотрел на меня так, как умеет только он – до мурашек по коже. Я не поняла, что он имел в виду этим своим взглядом, и, если честно, не хотела разбираться.

…С тех пор прошло четыре года. Четыре года я служу графу в надежде, что однажды он освободит меня и Лидию. И вот, наконец, он пообещал.