Желанная

Прижимая его к груди и гладя по шелковым волосам, я плакала.

– Какой же ты красивый, какой славный, – шептала, покрывая его лоб, глаза и щеки поцелуями. – Мой мальчик, мой малыш.

– Ивар! – окрик заставил дернуться нас обоих. Вслед за ребенком в комнату вошла дородная женщина лет пятидесяти. – Кому я велела не покидать детские покои? Простите, миледи, – это уже ко мне, – не уследила.

– Что вы, – ради такого дела я рискнула заговорить. – Я рада, что он пришел. Можно он немного побудет со мной?

Женщина смутилась:

– Как вам угодно, миледи.

Итак, мое положение прояснилось. Я – жена (теперь уже вдова, но об этом еще никто не знает) некоего тойона. Сложно сказать, насколько велики мои полномочия, но слуги подчиняются. По крайней мере, их женская часть. Мужчины же выполняют приказы свекрови. Она пользуется большим уважением, чем я. Именно ее следует опасаться в первую очередь. К тому же она ненавидит меня. Чтобы это понять, не надо обладать особой проницательностью.

Но, несмотря на все свалившиеся на меня неприятности, я наслаждалась новой ролью. Мы с малышом играли и смеялись до упаду, пока няня не сказала, что Ивару пора обедать. Я отпускала его неохотно, вбирая в себя любовь ребенка, как губка – воду. Кто знает, увижу ли его еще?

Чуть дверь за няней и мальчиком закрылась, как я потребовала у служанки зеркало. Оно отличалось от привычных. Бронзовое, с резной рамой и ручкой. Отражение получилось неясным и искаженным, но мне хватило.

На вид мне лет двадцать. Неожиданное омоложение. А еще я сбросила килограмм пятнадцать, не меньше. Новое тело было стройным и гибким. Я и в лучшие годы не могла похвастаться столь тонкой талией и длинными волосами.

Внешность походила на мою, и я не испытала шока, не узнав свое отражение. Но главное – это тело способно рожать. Оно уже произвело на свет сына и в состоянии выносить других детей.

Мое заветное желание исполнилось. Остался «сущий пустяк» – выжить.

Глава 3.

Чтобы себя занять – от безделья в голову лезли пугающие мысли о грядущем суде – я заговорила со служанкой, имя которой подслушала из ее разговора с другими.

– Руна, – обратилась к ней, – откуда ты?

– Я родом из Ригии, миледи, – она отвечала, опустив глаза в пол. – Это на юге от Ибрии.

Я присмотрелась к женщине. У нее были черные волосы и смуглая кожа. Тогда как у местных, включая меня, волосы с рыжиной, а кожа – светлая.