Тенеловы. Междусторонье

Чтобы она ни говорила, то, что произошло в гроте, напугало ее не меньше нас.

На очередном уроке управления эмоциями я едва не уснула, положив руки и голову на стол. Встряхнувшись, решила: хватит! Усидчивостью в отличие от Ксюши я никогда не обладала, поэтому и школьные оценки у меня были ниже, чем у сестры. Но в институте я немного реабилитировалась.

Выйдя на свежий воздух, я наткнулась на банду Корсы. Если честно, они уже утомили меня. Неугомонные блюстители порядка, блин.

? Куда-то собралась? ? Корса перегородил мне дорогу.

Я попыталась обогнуть его слева, но его друг встал у меня на пути. Ал, который был тут же, в моей травле участия не принимал, но и помогать не спешил. Коля бы вел себя иначе.

Позади меня была стена палатки. Я могла нырнуть под полог, но спасаться бегством означало признать поражение. Стычки в школьном дворе приучили меня сражаться до последнего. Только так можно отстоять свои границы.

? Отлыниваете от работы? ? прищурилась я. ? Вроде середина дня, и вы должны трудиться в шахтах.

? Что ты знаешь о работе? ? скривился Корса. ? Чтоб мной пообедали пожиратели, если ты держала в руках что-нибудь тяжелее ложки.

? Я помогала маме по хозяйству, ? обиделась я.

? Могу представить, ? расхохотался он. ? Ты только и способна, что посуду вымыть да пол подмести. Посудомойка – твой потолок.

? Вовсе нет, ? во мне заговорил дух противоречия. ? Скажи как, и я продемонстрирую тебе, на что способна.

Ал дернулся. Его глаза загорелись. Он шагнул к Корсе и зашептал ему что-то на ухо.

Судя по тому, как ширилась улыбка последнего, идея пришлась ему по вкусу. У меня же в горле пересохло. Опять вляпалась.

? Готова рискнуть?

Я кивнула, так как язык не слушался. И почему я вечно лезу, куда не следует?

– Приходи через час после отбоя к свалке рядом со старой шахтой. Посмотрим, чего ты стоишь.

Мальчишки разошлись и быстро затерялись между палаток, словно и не было их, а я стояла и гадала: на какие неприятности я обрекла себя в этот раз?

Первое, что я сделала: рассказала друзьям о встрече.

Ксюша с Колей пришли в ужас, а фантом как обычно промолчал. Он говорил редко, исключительно по делу. Отчитав меня за глупость, друзья заявили, что не отпустят меня одну. Либо я беру их с собой, либо никуда не иду. Что мне было делать? Я согласилась на их условия.

Под покровом ночи мы крались к свалке. Топливо, как и все в лагере, было в дефиците, поэтому лампы вдоль троп на ночь гасили.