Невеста на продажу

Крючковатый нос, тонкие будто палки руки, а еще сутулость – красивой ее было не назвать. Но что-то в ее внешности цепляло. Какая-то строгость или даже аристократичность.

– А где мадам Олла? – спросила мама.

– Она приболела. Сегодня я вместо нее. Мое имя – Марейла.

Это было устаревшее, древнее имя. Им не называли девочек уже сотни лет. Похоже, родители швеи были поклонниками старины.

Подмастерья принесли платье. Выходи я замуж по своей воле, наверняка пришла бы в восторг. Белоснежный шифон, ручная вышивка на лифе, открытые плечи и пышная юбка.

– Ты готова к примерке? – Марейла указала на платье.

Я медлила с ответом. Если честно, даже прикасаться к платью не хотелось, как если бы ткань была пропитана ядом.

– Если стесняешься, – швея по-своему истолковала заминку, – твоя матушка может выйти, пока ты переодеваешься.

Мне было без разницы останется мама или нет. В конце концов, она сотни раз мыла и переодевала меня в детстве. Но что-то во взгляде швеи заставило насторожиться. Мне вдруг захотелось остаться с ней наедине.

– Да, – кивнула я, – мне неловко раздеваться в ее присутствии.

– О чем ты, Эва? – удивилась матушка. – Я же твоя мать. Ты сотни раз переодевалась при мне.

– Это другое, – повела я плечами. – Позволь мне немного уединения, раз уж я вынуждена пойти на этот брак. Прояви милосердие хоть в такой малости.

– Не делай из меня чудовище, – фыркнула мама, но из гостиной вышла.

Кроме нас с Марейлой в комнате никого не осталось. Но вместо того, чтобы помочь мне развязать шнуровку на платье, она устроилась в любимом кресле отца. Закинула ногу на ногу и окинула меня задумчивым взглядом.

– Ну и зачем ты меня позвала, девочка? – спросила Марейла.

– Как зачем? – я определенно не понимала, что здесь происходит. – Для примерки платья. И звала вас не я, а мама.

– Вроде умная, верно истолковала условия призыва, – покачала головой Марейла.

Я моргнула, словно пытаясь развеять морок. Не помогло. Тогда я потерла глаза, но женщина в кресле никуда не делась. Неужели? Ведьма…?!

Колени подогнулись, и я рухнула на диван. Хорошо он стоял как раз позади меня, а не то упала бы прямо на пол. Сердце выбивало какой-то нервный марш, а еще дрожали руки.