Хозяйка магической фабрики, будь моей женой!

Не глядя ни на кого, он направился к двери. Я смотрела ему в спину, гадая – зачем он таскает с собой трость? Он ведь не хромает. У него уверенная, широкая походка. Трость ему не нужна. По крайней мере, для того, чтобы на нее опираться.

Когда Рорк подошел к двери, я получила ответ на свой вопрос. Он использовал трость как дополнительную руку. Ею он толкнул дверь, чтобы не дотрагиваться до ручки даже через перчатку. Похоже, у него серьезная фобия прикосновений. Тем удивительнее, что в ванной он коснулся моей щеки голыми пальцами.

Рорк вышел, дверь за ним закрылась с хлопком, и я повернулась к бабуле с Рю.

– Ну что, мы победили. Завтра фабрика будет нашей.

Эти двое переглянулись. Что-то не вижу энтузиазма на их лицах.

Глава 6. Коварство – мое второе имя

Древко трости затрещало, так сильно Рорк его сдавил. Маленькая вертихвостка. Решила поиграть в хозяйку. Она не знает, во что ввязывается! Ее ждет бооольшой сюрприз.

Придумала тоже, фабрику ей подавай. Да она и дня на ней не пробыла.

Самое паршивое, что Рорк не мог отказать. Девчонка имеет полное право встревать в дела фабрики. В конце концов, это ее наследство. Но она ничего не понимает в делах! Ее вмешательство сулит одни проблемы. А их и так немало…

Рорк едва знал Алесу, но, как и все, был наслышан о похождениях богатой наследницы. Пустоголовая, вздорная эгоистка – вот какой ее считали в обществе. Но, конечно, в лицо ей это опасались говорить.

Даже любящий отец признавал, что слишком избаловал дочь. Но после смерти жены, которую Виктор обожал, Алеса – единственная, кто у него остался. Он чересчур любил дочь, а чрезмерная любовь не приводит ни к чему хорошему. Тем более в воспитании.

Его друг все прощал дочери. Всегда ее оправдывал, и вот результат – он вырастил чудовище.

Алесе еще и магия досталась сильная, а это тоже кружит голову. Девчонка возомнила себя особенной. Законодательница мод, могущественная магисса, золотая девочка, не знающая бед и страданий.

Его подопечная понятия не имеет, как на самом деле обстоят дела, а они идут скверно. Имущество семьи было заложено еще при жизни Виктора.

Рабочий стол Рорка завален требованиями от кредиторов семьи Вирингтонов. По правде говоря, он один стоит между Алесой и сворой голодных псов. Если он отойдет в сторону, ее разорвут.