Истинная с изъяном

Эх, а говорят, что мужчины не обращают внимания на детали женской одежды…

Оставаться вешалкой и дальше не имело смысла – дозорный уже спешил ко мне. Я торопилась, а потому спрыгнула с крыльца все еще в обличье вешалки.

– Эй, ты куда?! – возмутился мебельщик убегающему товару.

Но я – пуф! – снова стала травницей. Шокированный мебельщик застыл с поднятой рукой и открытым ртом. Кажется, я нанесла бедняге моральную травму. Очень жаль, я не нарочно, но у меня на кону свобода.

Широкая прямая улица перестала казаться подходящей для бегства, и я свернула в подворотню.

Там было пусто, не считая бездомного лохматого пса. А что, неплохой вариант прикрытия.

На этот раз у меня было немного времени и прошлый неудачный опыт, поэтому одежду я сняла и затолкала в мусорный бак. Собака в платье смотрелась бы еще более странно, чем вешалка.

Затем я потянулась к псу, молясь, чтобы он не откусил мне руку. Беглое прикосновение к грязной шерсти, и вот уже я – блохастый лохматый барбос. Собака удивленно тявкнула, увидев саму себя, но я рыкнула в ответ, и пес, поджав хвост, сбежал.

И как раз вовремя – показался дозорный. Он бросил на меня беглый взгляд и отвернулся. Неужели повезло? Правильно я сделала, что разделась.

Ох! Блоха укусила прямо в зад. Я попыталась почесаться передней лапой, но не дотянулась. С задней тоже вышла осечка. Как собаки это делают? Вспомнив, я мысленно скривилась – ртом. Они чешут зад зубами и вылизывают его языком. Что за гадость! Все-таки животные обличья не мое, никогда их не любила.

Предпочитаю оставаться человеком.

Но клятая блоха вгрызалась в филейную часть, и я, не выдержав, укусила саму себя. Это меня и спасло. Я вела себя достаточно похоже на собаку, и дозорный повернул к выходу из подворотни.

Он уже почти ушел, но в последний момент его взгляд упал на мусорный бак. Оттуда торчал клочок моего синего платья. Спешка еще никого до добра не довела, вот и меня она сгубила.

Забавно, что дозорный смотрел не только на собаку. Его взгляд блуждал по сторонам.

Часть стены, скомканный фартук, даже ползущий по стене жук – я могла быть, кем и чем угодно. Но все это весьма затратно энергетически. Чем дальше от настоящей меня чужое обличье, тем сложнее его поддерживать.

Казалось бы, у меня неплохие шансы на спасение, но следующие слова дозорного развеяли надежду в пыль:

– Райана Деморге, властью дозорного, данной мне господарем Валлории, приказываю тебе сменить обличье! – выпалил он и коснулся медальона на груди.