Капля света

Синеглазой и светловолосой девушкой по имени Света. Кнопка, наверное, стала бы ревновать его…

«Что за чушь, – улыбнулся он. – Слава Богу, эта девочка никогда не была в меня влюблена». Она находила себе иные предметы страсти, чаще всего достаточно карикатурные. Влюблялась без памяти в длинноволосого немытого хиппи, а через неделю начинала страдать, по его лысому антиподу. И каждую историю своей любви обязательно рассказывала ему, Сергею. Своему старшему брату, как она его называла. Забавная все-таки она была, Кнопка.

Вот этой Кнопкиной мудрости ему сейчас как раз и не хватало. Очень не хватало…

Приоткрылась, едва слышно скрипнув, дверь.

– Не спишь? – спросил отец и, не дожидаясь ответа, поинтересовался: – Где ты шлялся?

– Так, гулял по улицам. Воздухом дышал.

– Воздухом в наше время дышать вредно. Он сильно загазован, к твоему сведению. Лучше вообще не дышать, чем дышать таким воздухом.

– Хорошо, папа.

– Кажется, закончился, – без особой уверенности в голосе ответил отец. – Ты собираешься спать?

– Не знаю.

– Пойдем, выпьем по чашке чая.

– Пойдем, – равнодушно пожал плечами Сергей и поднялся с дивана. – Я, кстати, купил чай фруктовый. С апельсиновым вкусом.

– Маразм, – отрезал отец. – Чай должен иметь вкус чая, а апельсин – вкус апельсина.

– Ты так считаешь? Что ж, давай тогда выпьем по чашке обыкновенного чая.

Они долго сидели на кухне и разговаривали ни о чем. Подобные разговоры были для обоих необходимой частью жизни, хотя, возможно, ни отец, ни сын об этом не догадывались.

– Ты какой-то странный сегодня, – заметил отец. – Заторможенный, что ли…

Тостер выстрелил румяными гренками. Сергей вывалил гренки на тарелку и поставил на середину стола. Махнул рукой:

– Не обращай внимания. Просто устал на работе. Слава Богу, завтра выходной. Отосплюсь.

– А на дачу ты ехать не собираешься?

– Маразм, – усмехнулся в ответ Сергей, подражая интонации отца.

– Не знаю, – пожал плечами отец. – Нужно же ради чего-то гробить свою жизнь. Какая разница ради чего? По-моему, овощи для этой цели вполне пригодны.

– И что же в них такого замечательного?

– Их, по крайней мере, можно есть.

– А можно и не есть, – возразил Сергей.