Ковчег Могущества

Аменхотеп догадался: перед ним – Нефтида, дочь божественного Ра и единокровная сестра Осириса. Он почтительно поклонился и подтвердил:

– О, да, божественная Нефтида! Ты совершенно права: я действительно пришел из мира живых.

– Что же ты ищешь в наших райских садах? – осведомилась она.

– Совета Гор-Нармера, – без обиняков признался фараон.

– О! Потомок Гора был мудрым правителем, – одобрительно кивнула богиня. – Я провожу тебя к нему. Следуй за мной.

– Благодарю тебя, о, божественная Нефтида!

Путь оказался неблизким: один пейзаж сменялся другим, еще прекраснее прежнего.

Покорно шествующий за Нефтидой Аменхотеп видел вокруг множество счастливых людей, а точнее – их саху. Ибо хат – физическая сущность всех этих счастливцев – давно превратилась в тлен (если, конечно, при жизни они не были знатными людьми или фараонами, тела которых после кончины бальзамировали).

Наконец Нефтида и Аменхотеп вошли в город фараонов. Аменхотеп задумался: «Интересно, каким по счету правителем Египта являюсь я? Вероятно, семьдесят третьим[45 - Приблизительное авторское предположение, так как XVIII династии предшествовал ряд династий, имена правителей которых неизвестны.

]… Значит, в городе фараонов должны обитать порядка семидесяти двух саху бывших властителей священной земли Та-Кемет…»

– Мы пришли… Саху Гор-Нармера обитает здесь, – прервала Нефтида размышления Аменхотепа, указывая божественным перстом на небольшой дворец, облицованный бледно-розовыми мраморными плитами.

Благодарно поклонившись в ответ, Аменхотеп направился к распахнутым створкам ворот. И вновь перед ним, словно из небытия, возник стражник, пропустивший его во дворец только по предъявлении «пропуска» в виде пряжки Исиды.

Первое, что увидел фараон, едва оказался на территории дворца, – огромный зал с множеством колонн, увитых гирляндами цветов. Впереди блеснула водная гладь – по всей видимости, бассейн. Аменхотеп инстинктивно направился к нему. Встречавшиеся ему люди не выказывали ни малейшего удивления по поводу его здесь появления.

Достигнув бассейна, Аменхотеп понял, что принял правильное решение: Гор-Нармер прямо в воде предавался плотским утехам с одной из молоденьких наложниц… Еще несколько юных, совершенно обнаженных прелестниц возлежали по периметру бассейна, наслаждаясь вином и фруктами.

Тем временем Гор-Нармер, не обращая на непрошеного гостя ровно никакого внимания, продолжал ласкать наложницу.