Ковчег Могущества

Всем было прекрасно известно, что в богатых семьях в подобных ситуациях специальных наложниц приглашают прямо в дом, где они и дают юношам первые уроки любви. Царице же захотелось, чтобы Тутмос потерял девственность и обрел первый опыт любви в более непринужденной обстановке, но, безусловно, исключительно с опытной «наставницей».

– Как вам угодно, моя госпожа. Но… кого вы предпочтете для сына – девушку Рафии или жрицу? – робко поинтересовался Камос, только теперь постигший подоплеку столь откровенных расспросов.

– Жрицу. И, разумеется, молодую и красивую. Но при этом способную доставить удовольствие совершенно неопытному юноше. Вот, возьми… – Тея указала взглядом на увесистый мешочек, лежащий на соседнем резном столике. – В нем ровно пятьдесят серебряных драхм. Или женщины, подобные Рафии, предпочитают дебены?[15 - Дебен – египетская монета. Но в ходу были также греческие драхмы. И многие египтяне отдавали им предпочтение.]

– Нет, нет, моя госпожа. Драхмы вполне сгодятся…

– Надеюсь, Камос, до вечера тебе хватит времени, чтобы подготовить предстоящий визит в заведение Рафии надлежащим образом?

– Я сделаю все, как полагается, моя госпожа, можете не сомневаться, – заверил царицу молодой сегер.

– Я догадывалась, что на тебя можно положиться, Камос…

* * *

Из покоев царицы Камос отправился в павильон Тутмоса. С недавних пор юный эрпатор обосновался в отдельно стоящем от дворца павильоне, искусно отстроенном из красноватого тамаринда. Тутмос считал себя теперь вполне взрослым, поэтому его безмерно утомляло неусыпное внимание царственных родителей.

Нуждаясь хотя бы в относительной свободе и особенно – в общении со сверстниками, в качестве которых выступали в основном сыновья сановников и сегеров, молодой наследник трона, обзаведясь собственным павильоном, стал частенько собирать у себя шумные компании. Особое же предпочтение Тутмос отдавал Камосу – сыну первого советника.

Вот и сейчас Тутмос с нетерпением поджидал своего друга. Он часто делился с Камосом самыми сокровенными своими тайнами, поэтому сегодня ему вдруг нестерпимо захотелось поведать молодому сегеру, как сильно он желает Нефруру – дочь Джера, начальника дворцовой стражи.