Триумфатор

Так друзья дошли до старой Сервиевой стены, которую теперь перестроили в акведук, доставлявший в город воду. Собрались слабые облачка, начал накрапывать дождь. Дорогой они молчали, Авл не испытывал желания говорить, Друз – его тревожить. Так было всегда: плохо – проконсул уходил в себя. Солдаты-простаки считали, что в подобные минуты к командующему приходят озарения от богов. Может, не такие уж они простаки? Валерий и сам не раз видел, как друг впадал в состояние, близкое к оцепенению. Где-то глубоко-глубоко теплилась жизнь, там он говорил с давно ушедшими людьми, встречался, спорил, ругался, заключал союзы, не выходя из собственного тела, только в голове.

Словно проконсул постиг величайшую тайну: мир внутри ничуть не меньше, чем снаружи. А он сам – только звено, перемычка между двумя реальностями, обе из которых равнозначны. Авл – то, чего и быть не может – чудо с небес. Так думал Друз, и потому служил верой и правдой.

Странное чувство, будто ты привязан не только к подателю земных благ, а к оракулу, который никогда не ошибается.

Непогрешим. Но ведь вот ошибся… Эта мысль разрывала Друзу голову, разрывала его преданное сердце. Как же так? Проконсула предали боги? Не дают советов? Обманывают? Отвернулись от него?

Не потому ли, что он сам отвернулся от них?

– Пришли, – Мартелл указал на темную арку, образованную выпавшими из-под стены камнями. Вниз уводили осклизлые ступени.

Валерий вынул из-за спины пару факелов, которые нес под плащом. Авл высек искру. Промасленная ткань затрещала, и холодный сумрак разорвали два оранжевых огонька.

– Заходите.

Ох, не хотел бы Друз отвечать на это приглашение. Что это за люди? Почему проконсул с ними якшается? Нищие из катакомб. Поклоняются невидимому богу. Все, что невидимо – опасно. Уверяют, будто он одинок. Какой бог согласится жить один, если ему достаточно щелкнуть пальцами, и появится прекрасная богиня или целый выводок нимф и божки-прислужники, как у людей? Нет, несерьезно. И народец тронутый: вкушает плоть и кровь своего божества – кого они для этого убили? Авл уверяет, что никого, жители катакомб так играют: у них только лепешки и дешевое вино.

Ну что за детство? Хоть бы курицу зарезали, раз на овцу денег не хватает!

По знаку проконсула они начали спускаться, пока не очутились под тесными сводами самого нижнего яруса. С потолка капала вода, под ногами хлюпали лужи. Валерий морщился. Мартелл шлепал и не роптал.

– Ваш бог подвел меня, – бросил он в темноту. – Вы жалкие твари.