Триумфатор

 – Буду считать счастьем, если больше не увижу! Подумайте лучше, что с вами будет, когда я уеду? Я вас защищал. Больше никто не будет. Вас выкурят из этой дыры и уморят на общественных работах по прокладке дорог. Что тогда скажите?

– И это испытание, – вздохнул старик. – Ты ошибаешься, говоря, будто никто нам не поможет. Ты не представляешь даже, сколько в городе знатных семей, чьим родственникам мы помогли. Чья-то дочь не вылезала с сатурналий, чей-то сын ушел в катамиты[12 - катамит – юноша, продающий себя за деньги богатым мужчинам.

], богатая матрона хотела отравить во чреве своего ребенка от раба, но почему-то жалела… Все пришли сюда. Нам помогают. Кто едой, кто одеждой, кто даже выступает за нас в судах. Мы не пропадем.

«А я?» – было написано на лице у Авла.

– Хоть погадайте мне на прощание, – отрывисто бросил он. – Что ждет?

– Мы не гадаем, – отрезал старик. – Нужны предсказания, иди к жрецам-птичникам, пусть потрошат кур.

Проконсул фыркнул:

– Я и сам умею.

– А вот от этого надо остеречься, – сурово молвил собеседник.

 – Не потому, что гадания лгут. Зависит от мага и от тех, с кем он разговаривает. С тобой, как вижу, раньше говорили охотно.

Авл склонил голову в знак согласия.

– Не верю я больше. Да и тяжело как-то. Сердце тяжелое.

– Потому что пустое.

Валерий никогда не видел, чтобы с проконсулом кто-нибудь так разговаривал.

– Скоро ты совсем закроешься от людей. Все перестанешь чувствовать. А знаешь почему? Потому что там, куда ты ходишь, чувствовать нельзя.

Там одна боль. И ты себе запретил. Но вечно так продолжаться не может.

Авл молчал.

– Когда ты нас увидел, удивился, что люди живут, как птицы – не сеют, не жнут, а сыты бывают. И сердца у всех легкие, радости через край. Вот тебя к нам и потянуло.

– Так ничего не скажешь о будущем? – мрачно переспросил Авл. – Выберусь я, нет?

Старик поколебался.

– Не надо бы этого человеку знать. Но ты ведь упрямый. Туда, в себя за ответом пойдешь. А там одна пакость.

Потому скажу.

Проконсул напрягся.

– Чистить тебя Господь будет. Раз начал, не остановится. Он пахарь неленивый. Там, куда послали, там тебе и место. За собой самим едешь. Другим вернешься. Сейчас разбит, а будешь целым.

«Загадками говорит», – не одобрил Валерий. Что значит – целым? Что значит – его место? Чушь!

Видимо, проконсул решил также. Он отвязал от пояса полный кошель и передал старику. Без особого сожаления, но и без особого воодушевления.