Наследник Тавриды

– В таком случае я желаю вам доброго пути. – И уже у двери, обернувшись, переспросил: – Вы действительно едете в Россию?

Финляндия.

Погода в Або не хуже, чем в Петербурге. Снять дачу в предместье все равно, что на Каменном острове. Арсений Андреевич уверял себя в преимуществах тихой жизни. Он привез в Финляндию дочь, которая была слишком мала, чтобы понимать, каково сейчас отцу. Девочка легко привыкла жить без матери, потому что ветреная супруга генерала редко уделяла ребенку внимание. Ее исчезновение потрясло кого угодно, только не Лидочку.

Сам Арсений носил в сердце занозу. Один раз судьба одарила его по-летнему щедро. Почему он не скончался вскоре после свадьбы? В пылу взаимных упреков генерал бросил Аграфене:

– Незачем было выходить замуж!

– Когда вы звали меня под венец, то собирались оставить вдовой, – отрезала она.

– Прости, что не умер.

Действительно, его жизнь тянулась, не нужная теперь никому. И особенно тяжко было сознавать, что тянулась благодаря Груше.

Она возила его на воды. Нашла лучших врачей. Не позволяла переутомляться за бумагами. Им было хорошо вместе. Проклятая семеновская история!

Вечером в субботу генерал Закревский возвращался из города на дачу и велел кучеру ехать нешибко, наблюдая, как солнце садится в туман над заливным лугом. Вдруг из-за поворота показалась дорожная карета, которую влекла четверка сильных немецких лошадей. Она двигалась в том же направлении, но с большей скоростью. Расстояние сокращалось.

Разъехаться на узком проселке было невозможно. Уступать генерал-губернатор не собирался. Раздраженный жизненными неудачами, он стал спесив.

– Ваше высокопревосходительство, сшибут нас! – обернулся к нему кучер.

– Я им покажу, сшибут. Тоже моду взяли…

В этот момент карета, по приказу седока, затормозила. С запяток спрыгнул лакей, не по-здешнему загорелый, и поспешил к коляске.

– Ваша милость, – обратился он к Закревскому, низко кланяясь. – Не прогневайтесь.

Путешествующая знатная дама просит вас подойти.

Арсений крякнул. На черта ему дама? Но все же тряхнул воспитанием и отправился за слугой. Парень растворил перед генерал-губернатором дверцу. В полутемной глубине кто-то зашуршал атласом, и знакомый голос произнес:

– Не могу ли я попросить ночлега на той ферме, которая виднеется за лугом?

Глава 6. Бес арапский

Одесса.

Весть о приезде графини застала Михаила Семеновича врасплох.