Волчья ягода

Коробка со сложенными в аккуратную стопочку сотенными купюрами стояла рядом, на полу.

Майя про нее совсем забыла.

* * *

День в офисе компании «Ваш дом» всегда начинался суматошно.

Арсений, едва успевая забросить Федора в школу, всегда появлялся в офисе именно в тот момент, когда его меньше всего ждали. И это было странно, потому что появлялся он всегда в одно и то же время, с максимальной разницей в пять минут, но на лицах у женской половины коллектива, распивающей традиционный утренний кофе и щебечущей, как стайка весенних воробьев, в приемной, при виде директора всегда появлялось недоумевающее и немного виноватое выражение.

Создавалось такое впечатление, что они его и не ждали вовсе. Как будто его вчера только похоронили, в землю закопали, траурные речи сказали, как полагается, а он взял, наплевал на все, воскрес – и снова приперся на работу. С ума сойти можно.

«Странный народ», – хмуро подумал Арсений.

– Здравствуйте, Арсений Афанасьевич, – отчеканивая каждую букву его имени-отчества, пролепетала полногрудая Ляля Воробьева, менеджер отдела маркетинговых исследований, и уставилась на него, не мигая.

Нестройный хор женских голосов подхватил ее соло.

Арсений вздохнул. Уволить их всех к чертовой матери, что ли? А если не всех – то хотя бы половину… Бабы, они и есть бабы, даром что менеджерами да бухгалтерами зовутся, все равно по телефону чирикают и сплетни на хвостах разносят.

Хотя, с другой стороны, кого увольнять-то? Лялька Воробьева, к примеру, хоть и пялится в любую свободную минуту в зеркало, но дело свое знает. Сотрудник она бесценный, без нее маркетинговый отдел зачахнет, как пить дать. Ирка Жарикова, хоть и производит впечатление меланхоличной девицы, но бухгалтер отличный, премиальные свои не зря получает… Ирке Жариковой, пожалуй, нужно даже зарплату прибавить, она заслужила… А Тома Шведова – великолепный технолог, ее никому ни за какие деньги отдавать нельзя…

Есть еще Ася Борисова, секретарь… И Асю тоже не уволишь так просто, потому что… потому что…

– А ну-ка, все по своим местам, – почти рявкнул Арсений, почему-то на себя разозлившись.