Ложь во спасение

Обычно он всегда оставлял здесь свои вещи, которые требовалось постирать.

Оглянувшись, он увидел Яну. Поймал ее взгляд, который сразу же метнулся в сторону, как солнечный зайчик, и сразу же вокруг стало темно.

– Да не убивал! – закричал он, что есть силы, и ударил сжатыми в кулак костяшками пальцев по дверному косяку. Кожа моментально треснула и засочилась свежими красными каплями. Боли он даже не почувствовал. – Не убивал я его! Слышишь? Ты слышишь меня?!

Она испуганно кивнула и сделала шаг в сторону. Пролепетала бескровными губами:

– Да.

– А мне плевать! – снова заорал Евгений, чувствуя, что ему вдруг на самом деле стало все равно. Пусть услышат соседи, пусть сбегутся, пусть вызовут милицию, и пусть эта милиция делает с ним все, что угодно. Сейчас было важно другое – заставить ее поверить. Найти слова, которые оказались бы сильнее этих чертовых фактов, кажущихся неопровержимыми. – Мне плевать, – упрямо повторил он, переходя на злой шепот. – И я понятия не имею, кто устроил здесь, в моем доме, этот гнусный спектакль! Кто переоделся в мой домашний костюм и раскроил башку этому ублюдку! Я не имею к этому ни малейшего отношения, ты меня слышишь?

Он приблизился к ней, больно схватил руками испуганно сжавшиеся плечи и встряхнул несколько раз, повторяя, как в бреду:

– Слышишь? Ты слышишь меня?

Она молчала, в кровь закусив нижнюю губу, и маленькая стриженая голова болталась из стороны в сторону, как у тряпичной куклы.

– Черт, – он наконец отпустил ее, чувствуя, как в глубине души закипает ненависть к самому себе, и снова ударил кулаком о стену.

Некоторое время они стояли, не глядя друг на друга, в полной тишине, нарушаемой лишь барабанной дробью дождевых капель, которые с неослабевающей настойчивостью стучали в оконное стекло.

– Женька, – Яна тронула его за плечо и настойчиво потянула, разворачивая к себе лицом. Встретившись взглядом, он так и не понял, о чем сейчас говорят ее глаза. – Женька, успокойся. Тебе сейчас… Нам сейчас нельзя так.

– Да, – кивнул он, соглашаясь. Она права: все эти разговоры – потом. У них еще будет время.

– Ты, кажется, хотел поискать ключи, – напомнила она, не отводя взгляда. Четко, с какой-то странной, болезненно-ласковой интонацией, проговаривая каждое слово. Он сразу понял: именно так разговаривают в психиатрических лечебницах больные со своими пациентами. И ему опять захотелось смеяться.