Ложь во спасение

И держала руку слегка в стороне, как будто это была уже не ее, а чья-то чужая рука, которая ей теперь принадлежать уже никак не может.

И в этот момент до него наконец дошло.

У него в комнате – труп убитого только что человека. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: в убийстве этого человека запросто могут обвинить его. Потому что человек был убит в его собственной квартире его собственным топором, на рукоятке которого имеются сотни отпечатков его собственных пальцев. Потому что дверь квартиры никто не взламывал – ее открыли ключом, это было очевидно.

Потому что с десяток соседей могут подтвердить серьезность его намерений – пусть с тех пор, как он избивал Слизня, зажавшегося в углу лестничной клетки, прошло несколько месяцев. Что с того? Он долго вынашивал этот план и теперь, когда настало подходящее время, просто осуществил его. И пусть этот план достоин клинического идиота. Не важно. Важны – факты, а факты против него.

Против, черт бы их побрал, эти факты!

– Иди в ванную, – быстро приказал он Яне, оглядываясь по сторонам.

 – Принеси ведро холодной воды и тряпку. А я пока поищу ключи.

– Ты поищешь… что? – эхом отозвалась она.

– Ключи, – почти спокойно повторил Евгений. – Ключи от его квартиры. Они же должны у него быть!

Не тратя времени на пустяки, к которым относилось теперь все, кроме достижения поставленной цели, он решительно обогнул кресло. Оказавшись лицом к лицу с покойником, постарался не задерживать взгляда на лице, залитом кровью. Лишь вскользь отметил сизые губы, полуоткрытые, сошедшиеся в узкое кольцо, обрамляющее черную дыру, из которой торчали полусгнившие коричневые зубы.

Как будто перед смертью он произнес звук «О». Или – «У». Теперь это было уже не важно.

Нырнув рукой в карман твидового пиджака, Евгений обнаружил только сквозную дырку – пальцы, слегка дрожащие, провалившись вниз, нащупали скользкий трикотаж домашних тренировочный штанов. В левом кармане ключей не было, и он полез в правый, зная заранее, что в случае неудачи станет проверять и карманы брюк, и даже залезет покойнику под рубашку.

– О господи, – глухо пробормотала Яна, наблюдавшая за его действиями.

Он не отозвался, и через секунду мимо проскользнула ее тень.

Оставшись в комнате один, он почувствовал некоторое облегчение. Ключ от квартиры обнаружился почти сразу – как и ожидал, в правом кармане пиджака, в общей связке вместе с ключами от почтового ящика и от старого сарая, который стоял во дворе.