Бабкины сказки

И дело не в мебели, не в старых трубах и капающих кранах…

– Горела квартира? – неожиданно даже для себя спросила Таня, резко прервав беседу собственников, риелтора и Лены.

Хозяйка презрительно скривила тонкие губы, стряхивая пепел с сигареты, воткнутой в длинный мундштук, прямо на пол.

Бабуля была из бывшей интеллигенции. Из интеллигенции, которая внезапно обнищала, если быть точнее. Наверное, и вы таких знаете. Посмотрите по сторонам – возможно, такая же дама стоит и скромно торгует на рынке своими книгами, не потому что призвание, а потому что жизнь заставила.

При "советах" внезапно, целый слой уважаемых, умных, образованных людей стал нищим и никому не нужным… Они отличаются от остальных, часто на них надеты несуразные шляпки и, несмотря на преклонный возраст – у них идеальный маникюр на скрюченных сухих пальцах.

О, вы можете подумать, что они злые (из-за пальцев или из-за высокомерного выражения лица), но нет, дело совсем не в этом. Дело в том, что этими пальцами они сначала учились играть на фортепьяно, а потом ими же пытались выполнять несвойственную, непривычную, тяжелую работу.

Кто-то смог адаптироваться к переменам и забыл про маникюр, а часть осталась при своих убеждениях и привычках. Их часто путают с городскими сумасшедшими…

Наша хозяйка была из тех, кто адаптировался. Маникюр исчез, а вот потрепанный парик и мундштук остались. И красная помада на сухих губах тоже местами задержалась.

– С чего вы взяли? Никогда не было такого, – быстро проговорила она.

«Врет» – подумала Таня, но вслух ничего не сказала. Она пошла в соседнюю комнату, где стоял сиротливый шкаф и одинокий стол. Стула не было.

– Шкаф у вас теперь лакированный, – почему-то с гордостью крикнула хозяйка вслед Лене. В чем радость и гордость девушка не понимала, на каждой съемной квартире был такой "лакированный шкаф" непонятной высоты с растопыренными ножками, который всем своим видом говорит "ну извини мол", и если бы у него были руки, он развел бы их в стороны в жесте сожаления.

– В кладовке кровать есть разобранная, соберете – будет вам второе спальное место, – продолжала хозяйка.

– А стулья Виктор Иванович привезет завтра, – парик кивнул в сторону унылого мужа, про которого все забыли.

Все были в напряжении. Каждый имел свою причину. Риелтор устал сводить к обоюдовыгодному решению две стороны, которые ни при каких других обстоятельствах никогда бы не пересеклись.