Мотыльки

Нет, портить ребятам пьянку не хотелось, да и самому смотреть на постные, учтивые лица – какое удовольствие?.. Он долил себе скверного вина и залпом выпил, надеясь смыть с души неприятный осадок, оставленный этой поездкой. Ладно, в конце концов, скоро он будет дома, можно на денек плюнуть на все и свалить куда-нибудь. Вытащить Вальда на охоту, провести большую тренировку, утянуться хоть в патруль, хоть в бордель – без разницы! Лишь бы ненадолго забыть про всю эту грязь…

Стук копыт вытащил принца из раздумий, он поставил кубок и приник к мутному слюдяному окну.

– Фениксовы перья!.. – пробормотал он, разглядев одежду человека, который буквально вывалился из седла. На белой накидке было изображено нечто чудовищное, если бы принц не знал значения символики, то в жизни бы не догадался, что это крылатый конь. Такие накидки носили гонцы, а судя по скорости, с которой всадник подлетел к воротам постоялого двора, послание было срочным. Скверно: Альвир не смог бы припомнить ни одного случая за двенадцать лет, чтобы чрезвычайные гонцы приносили добрые вести.

Он натянул сапоги и бегом спустился вниз, где о прибытии вестника никто не догадывался. Здесь умопомрачительно пахло мясом, чесноком и пивом, а шум стоял такой, что едва ли кто-то мог расслышать приближающийся цокот копыт. Впрочем, стоило принцу оказаться в обеденном зале, как стало тихо. Гвардейцы, как он и ожидал, повскакивали со скамей, улыбки на раскрасневшихся лицах увяли, сменившись казенной вежливостью. Альвир махнул рукой, показывая, что можно продолжать. Кажется, у него неплохо получилось скрыть досаду.

До человека в белой накидке он добрался быстрее трактирщика, посмотрел с сочувствием на взмыленную караковую лошадь: наверное, не выживет – жаль. Лошадей Альвир любил. Не глядя, сунул конюху серебряную монету, кивнул на загнанное животное.

– Позаботься, пожалуйста!

Потом повернулся к гонцу: мужчина выглядел немногим лучше своего коня.

– Мне нужно видеть его высочество принца Лиара, – отчеканил он, безуспешно пытаясь выровнять дыхание.

Ну, ясно, без гербовых шмоток его не узнают. Вот дядю, того каждый крестьянин в лицо знает: примелькался на казнях и в карательных рейдах… Принц продемонстрировал перстень и с нехорошим предчувствием замер, ожидая паршивых новостей, а те, как водится, не стали медлить с появлением. Мужчина, торопливо поклонившись, протянул Альвиру опечатанный футляр. Не узнать печать Гербара, крепости, что стоит на дионской границе, Лиар бы не смог.