Я и ты

Пугало то, что в них можно было прочесть всё без слов и он, кажется, прекрасно владел искусством одним взглядом указать тебе твоё место. Также от него исходила мощная внутренняя энергетика, в его взгляде и действиях читались мужественность, целеустремленность, упорство, и прямолинейность. Он позволял себе говорить все, что думает. Если от Курдеко веяло галантностью, обходительностью, мягкостью, расположением других к себе, то Нестер был лишен нежности и учтивости, только если в этом была крайняя необходимость.

Дома ты рассказала мне о предложении Курдеко.

– Ну и что ты скажешь? – спросила я, делая нам чай на кухне. – Ты сомневаешься?

– Оно мне надо? Связывать себя с наукой. Я, по-твоему, похожа на фанатика? – возмутилась ты на миг, прервав резку овощей для салата.

– Ну, а на фиг тогда ты пудришь ему мозги? – изумилась я.

– Ах, не знаю. Нравится он мне, а ему другая нравится – наука.

– Ну и попали мы! Ты под влияние Курдеко, а я этого тирана, – вздохнула я. – И что теперь, ты согласишься?

– Ну, поучаствую я в одной конференции, что с меня станет? – рассуждала ты. – Зато я с ним смогу видеться всё это время.

– А потом? Еще одна конференция? Этому ни конца, ни края, Насть…

– Нет, только одна. Может что-то проскользнет между нами?

Я лишь сомнительно пожала плечами.

– Тебе проще, он хотя бы тебя не унижает, тебе надо просто найти к нему подход, как к мужчине. Сложность только в том, что он за наукой тебя не видит. А я Нестера боюсь до смерти, он меня открыто ненавидит и, кажется, скоро убьет. Я не знаю, как с ним разговаривать. Быстрее бы это всё закончилось.

– Во-первых, не скажи, мне не проще. Его сердце, похоже, основательно замуровано в кипе научных трудов. А во-вторых, ты с Нестером будь поуверенней, не давай себя в обиду, а то он по ходу любит слабых гнобить.

– Это легко сказать… – вздохнула я, – меня парализует рядом с ним.

– Так, ладно, не раскисаем, давай ужинать, – предложила ты.

– Ты слышала, он назвал меня прехорошенькой. Как думаешь, он так считает? – пролепетала я и смущенно улыбнулась.

– Возможно, как женщина ты в его вкусе. А почему нет? Ты ведь прехорошенькая, – ты заулыбалась.

– Ну и ты прехорошенькая, – засмеялась я. – Только со способностями.