Я и ты

Я почувствовала, как сердце моё готово было выскочить из груди от того, как сильно зашкаливал мой пульс. Я сжала в руках рукоятку метлы покрепче и была в полной готовности. В тот же миг я увидела, как чья-то рука отодвинула край шторки, и передо мной появился…Тимур Алексеевич. О, нет, нет, нет! Взгляд у меня был такой, словно я увидела привидение, сначала я округлила глаза в ужасе, не отрывая взгляда от его лица, потом приоткрыла рот от шока и застыла. Он тоже выглядел ошарашенным и удивленным, потому что перед ним стояла самая настоящая ведьма.

Я ведь и подумать не могла, да и меньше всего меня это беспокоило, на кого я была похожа в эту минуту. К тому же зеркал тут не было. Рубаха моя местами грязная и мятая, волосы растрепанные и торчащие, взгляд бешеный, лицо бледное, осунувшееся и метла, так гармонично завершающая мой образ. Но он узнал меня секундой позже, я поняла это потому, как он сразу нахмурился, я помнила этот взгляд, надменно-оценивающий.

– Ты!? – спросил он и снова повторил.

 – Ты? Я не верю своим глазам! Как ты вообще здесь оказалась, в этом месте?!

Я ничего не могла сказать ему в ответ, меня тут же сковал до боли знакомый парализующий страх, уже как рефлекс на появление Нестера. Ну почему с ним я была другой, сама не своя? Какой-то слабой, неуверенной, уязвимой. Из-за этого я его тихо ненавидела. Но я должна была что-то ответить. Здесь совсем другой мир и он не собирался меня экзаменовать. К тому же он сам на себя не был похож, в серых портах и рубахе, подвязанной поясом и старинных кожаных сапогах.

Спустя несколько секунд, как только я осознала этот факт, я вышла из оцепенения.

– Я вообще-то тоже крайне удивлена, – я пыталась отвечать бойко и почти не дрожать.

Но он меня, конечно же, не слушал вовсе, он стал маршировать взад-вперед, схватившись за голову, и продолжал, как будто сам с собой разговаривать:

– Как же так могло получиться? Это какая-то ошибка. Нет уж, этого мне еще не хватало для полного счастья. Что же делать… Нет, это уже слишком.

И потом он просто, не глядя на меня, вышел из избы, хлопнув дверью.

Да уж, я тоже была не слишком рада этой встрече. И теперь я пребывала еще в большей неясности и расстройстве. Я присела на край лавки за шторкой и горевала о том, что случилось самое страшное для меня. Я задавалась множеством вопросов, главный из которых, где я, зачем я здесь и что со мной будет? Потом я думала о тебе, что ты, должно быть, очень переживаешь за меня.