Я и ты

– Эй, эй, спокойно, – пыталась я тебя успокоить, хотя мне очень хотелось рассмеяться от этой ситуации, и я еле сдерживала улыбку.

– Вообще-то, у нас больше нет сменной рубахи, – заметила ты, состроив серьезное лицо.

– Пошли к речке, постираем, пока не засохло, – предложила я.

Но тут наше перешептывание прервал глухой стук копыт совсем близко и из-за угла появился широкоплечий наездник на коне. Он был одет в серую рубаху и поверх на ней что-то наподобие тонкой кольчуги темного цвета, в серых штанах и самодельных ботинках.

У его левого бедра красовался меч в ножнах, который держался на поясе посредством кожаного ремешка. Он стоял за твоей спиной, ты не оборачивалась, тебе было стыдно показаться в таком виде. Я узнала его, это был Даниил Андреевич. Он делал вид, словно не знает нас. Я улыбалась во весь рот, и глядела то на тебя, то него.

– Я Даниил, старший дружинник. Что вы здесь делаете?

Ты сразу поняла по голосу, кто это и обернулась к нему, ошарашено разглядывая его во все глаза. Какой же он был мужественный, бесстрашный.

Его слегка вьющиеся волосы до плеч и борода так дополняли его воинственный образ. Ты невольно залюбовалась им. Но тут я не выдержала и рассмеялась над твоей немой реакцией и, схватив тебя за руку, решила увести прочь от него, только крикнула напоследок:

– Ты нас не видел!

Он, было, направился за нами, но почему-то вдруг передумал и только в след глядел нам, как мы убегаем вниз по склону к цветущему полю до самой реки.

– Ты сумасшедшая, что ты творишь? – задыхаясь от нехватки воздуха, спросила ты, то и дело оборачиваясь назад, пока наш стражник не пропал из виду.

– А что? Пусть он поймет, что ты непростая добыча. Он должен захотеть тебя завоевать. Так тут это кажется, называется. А ты прекрати на него смотреть таким взглядом.

– Вообще-то я о том, на кой черт ты сюда нас привела?

– Постираться… покупаться, ты посмотри, тут никого нет и берег песчаный, – я окинула взглядом безлюдный речной берег, спокойную гладь прозрачной реки, которую можно было переплыть – настолько она была неширокая.

Я развязала пояс, взяла рубаху за подол и стянула ее через голову, оставшись в одних трусах.

Ты стала обеспокоенно смотреть по сторонам, нет ли кого, но сама не решалась на такой трюк.

– Кажется, матушка не будет рада этим пятнам, – как бы, между прочим, заметила я и неспешно начала заходить в воду.

– Заметь, это только первый день, а мы уже по уши в этом… самом… – с недовольством сказала ты мне вслед.