Вилла Чудес

В огромном кабинете, где шкафы с книгами достигали потолка, над камином висел большой портрет молодого ученого в золоченой раме.

– Художник запечатлел Данте еще студентом, подающим большие надежды: красивым, утонченным, лучшим на своем курсе. Во времена, когда переехал сюда, построил этот дом, и сделался затворником, превратился в сухонького старика с длинными седыми волосами, сгорбленной спиной и больными артритом руками. При ходьбе пользовался клюкой, ею же грозил всем своим недоброжелателям. Поднимал ее вверх и тряс над головой, будто разгонял стаю ворон.

Все время, пока Фауна вела рассказ, старалась как можно ближе подойти к Стелле, коснуться ее, заглянуть в глаза. С первой минуты знакомства, она странно реагировала, не думая, что ее поведение может показаться нескромным. Карие глаза собеседницы пытливо изучали фигуру Стеллы, бесстыдно останавливались на груди, бедрах, ногах.

От пристального взгляда Стелла чувствовала себя неуютно, не самые приятные ощущения, когда тебя рассматривают с нескрываемым любопытством.

Ладно бы это был мужской взгляд, привыкла, когда ей оборачиваются вслед, пытаются подойти познакомиться, а то и вовсе пускают шуточки. Сестра Флоры как-то уж очень плотоядно облизывала пухлые губы, улыбалась, что мурашки шли по коже. Хотелось как можно быстрее уйти с виллы, но Егор не замечал повышенного интереса к своей жене. Он только-только вошел во вкус и сыпал массой вопросов.

Закончилась экскурсия все в том же парадном холле, где Стелла и Егор пролистали несколько фотоальбомов, и сфотографировались сами.

– Надеюсь, вы довольны? – поинтересовалась сестра Флоры на прощание.

– Очень, – ответил Егор с блеском в глазах. Он находился под впечатлением.

– Тогда ждем вас еще.

– Непременно. Я буду рекомендовать вашу виллу всем своим родственникам и друзьям. Замечательное место, интересная история, не похожая ни на что другое, – пообещал Егор.

По возвращению в гостиницу их ждал неприятный сюрприз. Они уже успели пообедать, расплатиться за проживание, загрузить вещи в багажник, как вдруг оказалось, что машина сломана.

Несколько раз Егор поворачивал ключ в замке зажигания, бранясь и причитая, только все безрезультатно.

Глава 4

– А все ты! – в сердцах бросил Егор. Его трясло от ярости и собственной беспомощности. Единственная, на ком можно было выместить злобу, стояла рядом с открытой дверцей автомобиля. Бесило то, что вела она себя как-то безучастно.

– Почему я? – спросила виновница.