Черемухи цвет

Он все еще думал образумиться. В нем боролись два абсолютно разных человека: один – правильный и рассудительный, второй – авантюрный, горящий неистовым желанием. Второй, к превеликому сожалению, превосходил по силе. Собрав оставшиеся крохи здравомыслия, он произнес:

– Я женат.

– А я разведена… Ну, и что? – почти зло отмахнулась Серафима, нахмуриваясь.

– Уважительная причина. Мы оба несвободны! – выдохнул Семен.

– Неправда, у меня никого нет, – призналась Серафима, сверкая глазами.

– Моя жена – прекрасная женщина.

– Ее здесь нет! Оглянись! Ответь, я тебе совсем не нравлюсь?

– Даже слишком, – с восторгом ответил он, впиваясь в ее губы.

Его руки крепко прижали девушку к себе, подтверждая симпатию. Стаскивая белую косыночку с ее головы, он зарылся пальцами в пышных белых кудрях, уткнулся носом в шею.

– Я сошел с ума!

– Тогда я тоже, – с жаром промолвила Серафима, припадая головой к его плечу.

– Не пожалеть бы потом, – не унимался сомневающийся Семен.

– Еще чего! Никто не узнает!

Потянув его за рукав, она увлекла его за собой. Семен не успел ничего сообразить, как очутился в небольшой комнатушке с невысоким топчаном, покрытым цветным покрывалом.

Часть 2

Задергивая наглухо темные шторы и запирая дверь изнутри на крючок, Серафима сбросила халатик, под которым оставалось только нижнее кружевное белье, эффектно подчеркивающее соблазнительное упругое тело.

Семен чуть не присвистнул, обнаруживая возле себя обворожительную красавицу с потрясающими формами: высокая грудь, крутые бедра, узкая талия.

У этой внезапной подруги оказался ненасытный аппетит к сексу. Лаская его как можно медленнее, она шептала ему на ухо приятные слова. Ошалевшему от внезапного счастья, Семену было нелегко сдерживать все более участившееся сердцебиение, перебивающее дыхание. Щемящая волнующая дрожь пронзила с ног до головы и лишила рассудка. Застоявшись в роли примерного мужа, у него давно имелась мечта о подобном приключении, ведь невероятно сексуально делать что-то столь смелое и запретное.

Серафима, призывно светящая своими порочными изумрудными глазами, нервно прикусила нижнюю губу, требуя более активных действий.

Отбросив всяческие сомнения в правильности поступка, Семен притянул ее поближе, накрывая ее губы своими. Он исследовал своим языком ее сладкое пьянящее дыхание, сводившее с ума.