Манюшка

Жестокий, стального характера мужчина, держал Березовку в страхе благодаря тяжелой руке и вздорному характеру. По тюремному прошлому, облюбовали деревню его дружки – бывшие каторжники. Как отмотали срок, к нему, бывшему сокамернику на постой. Без вопросов привечал, сам три срока мотал.

По роду-племени из местных, староверских, но на все уставы плевал с высокой колокольни. Моралью отличался от простых крестьян-работяг, человека прихлопнуть, что муху. Добрые люди боялись за спиной шептаться, вдруг узнает, тогда пощады не жди.

Яким – мстительный беспринципный человек, если считал, что гордость задета, мог наказать жестко. За слова даже цеплялся. Надо было знать, что сказать и когда. Поговаривали, что двое обидчиков пропали без вести. Года три, может четыре прошло, быльем поросло, а слухи остались.

Прибывшие на постой дружки, волей судьбы, оставшиеся без крыши над головой, приживались по деревенским вдовам или одиноким женщинам. Обзаводились хозяйством, но и про промыслы не забывали: «горбатых могила правит», наведывались по соседним селам. Собирались гурьбой по три-четыре человека, обозы грабили: зерно, муку, продовольствие, тряпки всякие, когда повезет и деньжат прихватывали. Брали все, что под руку попадет.

Некоторые вновь уходили по этапу, кто-то налетал на случайный нож в пьяной драке, кто-то двигался до родимых мест, поэтому в деревне часто появлялись новые лица. На постоянное проживание оставалось немного, лишь те, коим идти совершенно некуда. Зато они были в полном распоряжении Якима, которого почитали старшим. Из них-то и сколотилась банда отъявленных бандитов, за копейку душу продавших.

Главарь в свою очередь пользовался превосходством и с удовольствием пожинал плоды трудов. В благодарность за приют всякий раз после удачной вылазки добрую долю получал. Сам же никого не грабил, масть не та, а жил, как сыр в масле катался. Дом самый лучший в деревне: высокий, с крашеной верандой, на две половины – зимнюю и летнюю. В обустройство шла основная часть барыша. Награбленное хранил впрок.