Счастье на ладони. Душевные истории о самом важном

 – Мне б такого, шоб на руках носил да в рот заглядывал.

– Ха-ха! Руки до полу повиснут от тяжестей Гелиных, а спинка по швам разойдется. И будешь ты, донюшка, за им прибирать и доглядывать. Нынче мужик слабоват пошел. Работать не могет, под мамкиной юбкой уютнее, морду крэмом мажет, ногти напильником подтачивает.

– И то верно, – мысля перепуталась в черепке распухшем. Геля покумекала с полминуточки и окончательно выдала. – А на шо он мне, оглобля дрыщеватая, ежель с моею красотой справиться невмоготу? Пущай живет на вольных хлебах, коль пудра мамкина дороже.

– Во-от, правильно кумекаешь, милая, а мы с тобой щас блинков натрескаемся, буренку я сама оприходовую, полешки расколю, а вечерком кваском побалуемся, пирог дрожжевой испеку.

– И то, мамо, с тобою слаще, – потянувшись до хруста в коленях, Геля сладко зевнула да в койку отдыхать поковыляла.

– Спи, доня, отсыпайся, пока молодость дозволяет. А завтра в город поскачем, там свадебка у сестры намечается.

– Ха! Нашла ж себе малахольного! Будет носки за им подбирать да на веревочку развешивать.

– Ума-то мамка ей не вложила. Усе внуков дожидается. А на шо они? Гоцают, как кобылы по хате, ни вздремнуть, ни отдыхнуть как следовает. Иди, Геленька, а я сама тута пошкребу-пошкребу да на печь полезу. Ой, какая радость, шо ты у меня осталАся. Все ж не в одиночестве на моем веку вечерами пироги да блинки уминать. Вовремя я тебя на свет белый народила, авось без кружки с кваском под старость глухую не остануся.

И живут по сей день Зубоскалые, над мужиками различными потешаются, а тюки до сих пор под дождичком во все стороны расползаются.

День влюбленных

Когда Ника впервые появилась в офисе, то решила, что ей с коллективом повезло. Все были очень милы, доброжелательны, торопились ввести новенькую коллегу в курс дела. Одно смущало девушку – все женщины были гораздо старше ее, поэтому взяли покровительственный тон с самого начала знакомства.

Самой зрелой была Валентина Петровна, которая называла себя сильной и независимой во всех смыслах женщиной.

Ника поняла это как статус одинокой разведенной особы, что оказалось правдой. Валентина любила потусить, на корпоративах зажигала так, что впору было звать пожарный расчет или психиатрическую бригаду. Позже оказалось, что и ругаться она умела так, что дала бы фору любому пьяному грузчику, сапожнику и прочим представителям физического труда.

Другая коллега, Светлана Владимировна, отличалась спокойным поведением.