Особняк одиноких душ

Она не собиралась плакать, но внутреннее состояние блаженства заставило это сделать. Ди заревела в голос.

– Не плачь, не плачь, девочка моя, – раздался умилительный знакомый фальцет. – Всё хорошо.

– Я хочу домой, – опять случайно вырвалось из горла Ди, и глаза зажмурились с такой силой, что ресницы провалились между веками.

Она всё крепче прижималась к этой нежной женщине, уткнувшись в её ситцевое платье.

– Ну? Успокаивайся. Это просто кошмар. Детям часто снятся кошмары. Это означает, что они растут.

– Детям? – какое-то необыкновенное чувство охватило леди.

Отпрянув от брюнетки, подняла глаза вверх.

Перед ней стояла всё та же женщина, только её рост заметно стал выше. Намного выше. Она смотрела на Ди сверху вниз и одаривала ласковой улыбкой.

– Пойдём пить чай. Но для начала нужно переодеться.

– Чай? – посмотрев на свои руки, леди увидела детские короткие пальцы с молодой, упругой кожей.

– Да, чай. Твой любимый, из полевых цветов, – отходя к выходу, женщина сделала напоминание.

 – У нас сегодня приём, ты не забыла?

– Какой приём?

– После завтрака мы едем к доктору, – она перешагнула порог, положив изящные пальцы на резную дверную ручку. – Поспеши, нельзя терять ни минуты. Доктор Стефан ждать не будет.

– Стефан?! – обомлела Ди, теряя здоровый цвет лица. Она попятилась назад, открыв рот. С каждым шагом в её голове нарастали страх и необъяснимая тревожность. Упёршись нижней частью тела в спинку кровати, потеряла равновесие и упала на спину, прямо на матрас.

 – Наверное, тёзка… – попыталась успокоить внутренний испуг.

Глядя в чистый дощатый потолок, который, казалось, был покрыт сливочным маслом для блеска, растопленным к медовым, утренним блинчикам, Ди не верила своим глазам: как она попала в эту премиленькую комнатёнку, так не похожую на её бледную унылую спальню? Это сон? Внезапно Ди почувствовала аромат пышных румяных панкейков и с вожделением облизнулась. Через секунду с первого этажа послышался призыв поторопиться к столу. Забывшись, Ди перекинула ноги на левую сторону кровати, перевернулась и спустила их на пол.

Подпрыгнула на месте, как молоденькая альпийская козочка, подскочила к приоткрытой двери и с осторожностью выглянула наружу, будто предостерегая себя от внешних наблюдателей. Перед её взором открылся узкий коридор по обе стороны, впереди – ступеньки, ведущие вниз. Ди сделала шаг, покрутила головой, чтобы осмотреться. Всюду были двери, абсолютно одинаковые: сплошные, без единого стекла.