Особняк одиноких душ

– Таблетки? Какие? Где? – из спальни донёсся голос служанки. – Не знаю, не видела.

– Вы уверены, что она их не принимала? – а вот и доктор, тут как тут.

– Послушайте, я не могла находиться с ней двадцать четыре на семь, – судя по звуку, по полу протащили стул. – У меня дел по горло, а тут ещё эта старушонка.

– А если кто узнает? – взволнованный мужской голос переживал за какую-то тайну.

– Да кому это надо? – Мэри явно было плевать на пожилую женщину.

Голоса за дверью рассеялись, как лёгкая дымка над прудом.

Звонкая тишина пробила стены ванной, и Ди показалось, что она стала тугой на ухо. Ни единого звука в комнате, в ванной, в коридоре и на улице. Словно всё живое вымерло в один миг, и Ди осталась одна, прикованная к холодной, чугунной коробке, наполненной уже остывшей водой с мыльными разводами. Временное затишье нарушил громкий отдалённый хлопок, и леди выгнула спину. Через мгновение её тело приняло привычную позу, а руки самовольно легли вдоль тела, погрузившись в прохладную жидкость.

– Ну и хлопот с этой бабкой, – мимо ушей пронёсся чужой незнакомый голос.

– А что делать? – кто-то задал вопрос и громко хлопнул дверью в спальне.

– Я бы на их месте даже не заморачивался, – чужак был где-то рядом. Гремел посудой и двигал стулья. – Ох, как бы я хотел оказаться рядом с ней… Она такая красивая, богатая, умная. Жаль, что таких, как я, не замечают.

– Ты о её дочке? – дверь спальни приоткрылась со скрипом. – Ага, держи карман шире. Такие на нас не смотрят. Она и к матери-то изредка приезжала, а ты уже размечтался.

– Зато какие хоромы отгрохала для своей мамашки, – голос чужака был взволнованным и запинающимся. По всей видимости, мужчина рассматривал старинную мебель, любуясь резными кренделями.

– И не мечтай, – одёрнул второй, – пойдём. У нас ещё куча дел. Всё убрал? А то сейчас главный придёт.

Двое мужчин вышли из комнаты, захлопнув за собой дверь, но чьи-то шаркающие шаги всё же подталкивали на мысль – в спальне кто-то остался.

– Какая холодная, – внезапно раздалось рядом с лицом Ди.

 – Бледная, жуткая…

– Не трогай, – прошептал кто-то испуганно, – говорят, она ведьма.

Голоса исчезли, и в ванной повисла оглушающая тишина. В груди моментально потеплело, будто раскатистые волны горячего цветочного чая растеклись по пищеводу и опустились в желудок, продолжая свой путь в кишечнике до низа живота. Глубоко вдохнув, леди пошевелила большим пальцем правой руки и медленно, с осторожностью, приоткрыла веки.