Лидочка

Мне из-за нее шагу лишнего не ступить. Я хочу в клуб, прогуляться, хотя бы одну ночь не ночевать дома. Я еще такая молодая, у меня кровь кипит. И надо было залезть в кабалу в раннем возрасте? Дурой была, – насупилась женщина, состроив грустное лицо.

– Верочка, – Андрей вошел в ее плачевное положение и сделал предложение, от которого она не сможет отказаться, – иди, куда хочешь. Я отлично тебя понимаю. Развейся, отдохни, а с ребенком я сам посижу.

– Ого! Ты уверен?

Вот так мужчина, настоящий джентльмен!

– Конечно.

Договорившись, Вера убежала к соседке, чтобы пригласить в клуб через неделю. Андрей начал строить свои планы на субботу. Он доедал курицу, прислушивался к шорохам за стеной и ехидно щурился, представляя, каким будет тот день. Через пять минут Вера вернулась в компании сердитой Кати. Ворвавшись в кухню, Вера встала перед Андреем и зарычала.

– Отдохнуть, говоришь?! Отдохнуть, а ты посидишь с ребенком?

– Верочка, что с тобой? – мужчина смотрел не на Веру, а на ее соседку.

Катя прожигала его таким жгучим взглядом, что он начал сползать со стула.

– Где мои золотые кольца? – ноздри Кати раздувались. – В ломбард сдал?

– Какой ломбард, какие кольца? – побелел жених.

– После твоего ухода они исчезли!

– А я тут причем?

– А сейчас узнаем, – с кривой ухмылкой Катя отошла в сторону.

– Андрей Павлович Луначарский? – за спиной соседки появились два амбала в милицейской форме.

Андрея затрясло. Как? Каким образом они здесь?

– Д-да-а, – просипел напуганный мужчина и схватился за сидение стула.

– Вы арестованы.

– По какому делу? – взвизгнул Веркин жених.

– По старому, Андрей Павлович. Руки, – милиционер вынул из кармана брюк наручники.

Потом были крики «я не виноват», а затем – «извините».

Андрей был арестован.

– Я же его по объявлению нашла. Берет недорого. А он не сантехник, а…

– Я тоже хороша, – Вера не могла поверить в свое безрассудство. – Да что за напасть? Почему мне нравятся одни проходимцы?

– Займись собой, дочкой. Что-то у тебя совсем крышу снесло на мужиках.

Вера испугалась за себя, а не за Лиду.