Божий одуванчик

Как вообще они с мамой могли втянуться в эту авантюру. Ведь она даже заранее не сняла гостиницу, просто позвонила одному отельеру, а он уверил, что в это время туристов нет. Но теперь уже после драки кулаками не машут, и она стала нелепо махать руками, это совсем не напоминало авто-стоп, скорее, судорожные движения утопающего. Между тем мимо нее проезжали авто. Там сидели семейные, обеспеченные, благополучные люди, в основном на высоких джипах. Уверенные жены смотрели на нее из открытых окон уничижительно, мужчины бросали сочувственные взгляды, но пожимали плечами, кивая на своих спутниц.

Дети смеялись, дразнились, один мальчик выпустил в нее струю из водного пистолета.

Наконец, обессиленная, она опустилась на большой камень и стала размышлять здраво. Здесь нет лютых морозов, значит, она не умрет от холода. "Умру ли от голода?" – спросила она себя и вспомнила, что у нее осталось еще пару яиц и полбуханки черного хлеба. Бутылка воды тоже при ней. И все же, день неуклонно катился к закату. Как быть? Она вспомнила слова мамы о том, что грузины добрый и гостеприимный народ.

Движимая отчаянием и страхом, Светлана направилась назад к пограничникам.

– Простите, пожалуйста! – ее голос звучал жалко и испуганно.

Пограничники не проявили к ней ни малейшего интереса. Они высматривали добычу пожирнее, досматривали машины, и обращали такое же внимание на ее голос, как на комариный писк. Светлана принялась стенать и заламывать руки.

– Понимаете, так вышло, что я здесь оказалась по глупости, да, по совершенной глупости.

Путешествовать вздумала! И вот что из этого вышло. Я не рассчитала своих средств. Как мне добраться до Черного моря?

Наконец, один из молодых пограничников заметил, что безумная туристка забилась в истерике. И начал на грузинском говорить со своими коллегами.

– Шалва, смотри, эта русская чего-то хочет!

– Да ну ее! Еще политический конфликт заработаем. У нас к ней претензий нет, пусть идет дальше! – ответил старший по смене.

Но все же присмотрелся к худенькой высокой женщине в огромных роговых очках, длинном сарафане в мелкий розовый цветочек, пущенный по голубому полю.

Ее можно было бы назвать миловидной уже за одни пушистые, длинные русые волосы, и огромные от линз глаза. Только видно, что чудная, ждать от такой можно все, что угодно, вплоть до диверсии.

– Слышишь, Гиви, не ведись на ее вопли. Мы не знаем, что ей надо. Она может на провокацию нас толкает. Только границу пересекла и завопила. Занимайтесь все своими делами.